Исторический форум: история России, всемирная история

Греческое королевство во Второй Мировой войне. Общее описание (начиная от истоков конфликта)

 

1. Корни конфликта Греции с Италией

 

- Италия захватила греконаселённый архипелаг Додеканес в войне против Турции в 1912 году, хотя в дальнейшем обязалась освободить его.

 

- В 1917 году Италия проводила антигреческую политику, оккупировав значительную часть Греческого Эпира (которая была деоккупирована в дальнейшем греками при помощи французов), а также ведя пропаганду среди евреев Салоник в пользу «интернационализации» Салоник.

 

- По окончании Первой Мировой войны Италия удержала в своей власти архипелаг Додеканес на постоянной основе.

 

- Италия поддержала кемалистов в ходе Греко-турецкой войны 1919 – 1923 годов.

 

- 27 августа 1923 года итальянская миссия во-главе с генералом Энрико Теллини убита на греко-албанской границе (близ КакавьИ), по пути из Яннины в Аргирокастр, в пределах греческих границ (между 53-м и 54-м километрами дороги Аргирокастр-Яннина), в результате обстрела из огнестрельного оружия. Греческая сторона отрицала свою причастность к этому преступлению (которое не имело мотивом ограбление, поскольку ценности и деньги у убитых отняты не были), как и причастность албанского правительства, но констатировала (на основании расследования), что нападение совершила банда из 4-5 этнических албанцев. Мотивов для убийства комиссии Теллини у Греции не было: вопрос о границах Греции и Албании был к этому моменту уже решён, причём все спорные моменты были разрешены в пользу Греции. При этом Греция соглашалась выплатить компенсации родственникам убитых, поскольку убийство было совершено на территории Греции. Граф Сфорца считает, что виновником и заказчиком убийства был Муссолини, поскольку Теллини был его противником и антифашистом. В 1945 году были опубликованы британские данные, согласно которым в числе возможных виновных в убийстве Теллини назывался лидер чамских албанцев Дауд Ходжа, который на протяжении нескольких лет действовал в итнересах Италии. Как бы то ни было, под предлогом убийства Теллини Италия во-главе с Муссолини выдвинула в отношении Греции массу претензий, кульминировавших при оккупации Керкиры в том же году.

 

https://el.wikipedia...λοφονία_Τελλίνι

 

- Бомбардировка беженцев в Керкире итальянскими броненосцами 31 августа 1923 года (погибло 15 беженцев из Малой Азии, главным образом взрослых армян). В итоге в тот же день итальянские войска оккупировали Керкиру. Греция в дальнейшем обратилась с протестом против итальянской оккупации в Лигу Наций, и там действия Италии были осуждены. Но на Конференции Послов при Лиге Наций было принято решение, принуждавшее Грецию к выплате компенсаций в пользу Италии. 27 сентября 1923 года итальянские оккупационные войска покинули Керкиру.

 

https://el.wikipedia...λή_στην_Κέρκυρα

 

- В 1933 году в Германии к власти приходит Адольф Гитлер. Итальянцы в расистской теории гитлеровцев: Гитлер относился к ним снисходительно – это было трудно укрыть в речах и на фотографиях и видеозаписях. Теоретики же нацизма мало чего делали для повышения места Италии и итальянцев. Они относили итальянцев к вялому и декаденсному Средиземноморью, и лишь с трудом давали им в своей расистской классификации место людей.

 

- В 1936 году Италия разгромила Эфиопию. Однако эта военная авантюра стоила ей того, что отныне она должна была непрерывно держать в этой стране оккупационный экспедиционный корпус в 70.000 человек. При захвате Ависсинии итальянцам чтобы обеспечить себе победу над местными аборигенами пришлось использовать ядовитые газы, хлор.

 

- Испанская Гражданская война, 1936 – 1939 годы. Она вспыхнула почти сразу после интервенции Италии в Эфиопию. В Италии её рассматривали как большую возможность – в частности к тому, чтобы прорвать британское кольцо, препятствовавшее выходу Италии в океаны. На основании подобных ожиданий, десятки тысяч итальянских «добровольцев» оказались в состоянии войны на стороне Франко, и Италия стала главным поставщиком фашистских войск военным материалом и экономической поддержкой. Несмотря на свою значительную численность, итальянские «добровольцы» смогли в этой войне сделать для победы Франко гораздо меньше, нежели, например, его марокканские наёмники. Одновременно, итальянский ВМФ принял на себя дорогостоящее дело блокады испанского побережья и препятствования советской помощи, прибывавшей к республиканцам. Испанская Гражданская война высосала у Италии 2.000 орудий, которые итальянская промышленность так и не смогла восполнить (он с большим напрящением сил производила лишь 70 орудий в месяц, в июне 1940 года). Чтобы покрыть эту нехватку, в итальянской армии продвигалось использование гораздо более дешёвых миномётов, которые, однако, сильно уступали артиллерии.

 

В 1937 – 1938 годах итальянские подводные лодки в Эгейском море торпедировали советские корабли, которые пытались достигнуть Республиканской Испании.

 

- 7 – 12 апреля 1939 года Италия вторглась в Албанию и подчинила её себе. Проводятся большие портовые и дорожные работы, чтобы сделать Албанию плацдармом итальянцев на Балканах.

 

- К 1940 году, в результате авантюры в Албании, Италия была истощена с точки зрения боеприпасов, сырья (гл. о. горючего) и стратегических запасов.

 

- 10 июня 1940 года, когда Франция уже была фактически разгромлена Гитлером, Италия объявила войну Франции, и поживилась частью территории последней, на юго-востоке страны.

 

- Британский ВМФ зачастую торпедировал в Эгейском море итальянские военные корабли, пытавшиеся организовать поставки на архипелаг Додеканес, проплывая близ берегов греческих островов.

 

- 15 августа 1940 года итальянская подводная лодка торпедировала на греческом острове Тенос греческий военный корабль (бронепалубный крейсер, китайского производства) «Элли».

 

- В сентябре 1940 года произошла единственная попытка итальянцев к переносу войны в Северную Африку. Многочисленная итальянская 15.000 армия вторглась в Египет, надеясь вызвать некоторое движение в рамках арабского национализма. Эта операция не принесла никакого результата, поскольку итальянская армия сразу же потерпела поражения от природных явлений, прежде чем встретиться с каким бы то ни было противником. Жажда задержала пешее наступление этой армии, которая была остановлена в пустыне, и ожидала там своего окончательной катастрофе в декабре 1940 года гораздо меньшими, но подвижнымит механизированными британскими силами. Это был полный разгром: в феврале 1941 года, в битве при Киренаике, 130.000 итальянских солдат было пленено вместе с 400 танками и 1.300 орудиями, тогда как британские потери не превысили 500 человек. Причём ещё ранее этого стало, что Италия имела хоть какие-то шансы на успех лишь в воене на северном побережье Средиземноморья.

 

- Беспокойство немцев о возможном возвращении англичан на европейский материк отодвинуло войну на Балканах ещё ненадолго. Но когда, в начале октября 1940 года, немцы поставили под свою протекцию Румынию и её нефть, удушье, которое ощутило итальянское руководство подтолкнуло его к решающему шагу. Вскоре началась итальянская интервенция в Грецию.

 

- В октябре 1940 года положение воюющей Италии было явно ослаблено в сравнении с состоянием на июнь 1940 года. К уже существовавшим проблемам добавился упадок производственных возможностей страны, в особенности в аграрной отрасли, что было результатом мобилизации 1.100.000 мужчин и массовой мобилизации автомобилей, механизмов, горючего и вьючных животных. В 1940 году итальянское сельское хозяйство было делом упорного труда людей и животных, а нехватка горючего делала ещё более ощутимой нужду в рабочих руках. Итальянское правительство, перед лицом грядущего краха сбора урожая и голода на следующий год, в сентябре 1940 года приняло судорожное решение о демобилизации 600.000 запасников и об их возвращении на осенние аграрные работы. В октябре 1940 года процесс демобилизации итальянской армии прогрессировал, что имело важные последствия и для итальянского оккупационного корпуса в Албании, и шло вразрез с планировавшейся военной эскалацией в отношении Греции. Эти вещи трудно объяснить, если не принимать во внимание драматического отзвука, который имел для Италии захват немцами власти в Румынии.

 

Обычно этот отзвук в виде краткого обзора описывается как раздражение гордости Муссолини, который принял решение «ответить Гитлеру тем же». Если, однако, мы оставим личные чувства диктатора в стороне, то мы, быть может, можем подозревать значение этого хода для взаимоотношений между двумя «союзниками» в рамках Оси. Ведь Румыния была единственным источником жидкого горючего для стран Оси. Нейтралитет Румынии напротив обоих важнейших членов Оси в Европе был куплен очень дорогой ценой: 26 августа 1940 года Румыния, в результате Итало-германского Арбитражного суда была вынуждена уступить Трансильванию Венгрии – 42.000 квадратных километров и 2.300.000 жителей, а Южную Добруджу – Болгарии. Но она была критичной для Италии, которая, сверх того, не имела возможностей немецкой химической индустрии относительно производства синтетического бензина. Поэтому военный захват немцами власти в Румынии означал полный переворот баланса сил внутри Оси, поскольку теперь Италия полностью зависела от добрых чувств к себе со стороны своего «союзника», а теперь уже и опекуна.

 

Поэтому ответ Италии – не столько для защиты своей гордости, сколько для сохранения Италии как сколько-нибудь равноправного с Германией партнёра – мог быть лишь в виде неподчинённой немецким директивам новой войны. Жертвой таковой отчаянной итальянской войны могла быть лишь Греция. Именно в борьбе против Греции Италии предстояло разыгрывать своё положение внутри Оси, свои позиции в сравнении с Германией, и своё место в мире. Альтернативой было лишь полное подчинение Германии, и обращение этой «средиземноморской империи» в немецкий протекторат.

 

Война против Греции была последней картой Италии в борьбе за влияние, достойное крупного европейского государства с 40-миллионным населением, и отвечавшее воинственной риторике руководства страны.

 

..................................................................................................

 

2. Итало-греческая война 1940 – 1941 годов:

 

Зачастую историками подчёркивается огромное значение Албанского фронта Итало-греческой войны для исхода Второй Мировой войны. Чтобы быть ближе к истине, мы ограничимся тем, что сведём своё описание этой войны к её истинным местного значения средиземноморским масштабам. В конечном счёте, это был вторичного значения фронт. И сам этот регион имел весьма ограниченное стратегическое значение для всего хода ВМВ. Тем не менее, именно после своей войны против Греции Италия прекратила быть Великой Державой. Смена демобилизации на агонизирующую мобилизацию, и наоборот, крах групных групп войск ради немедленного продвижения подкреплений в Албанию, разделение пехоты и тяжёлого вооружения из-за сложных условий перемещений, и весь этот хаос – в масштабе 35 дивизий. Это развалило то, что некогда было итальянской армией.

 

Рискованный итальянский план утонул на грязных тропах Эпира и Пинда (марш-бросок итальянцев в частности был остановлен, когда итальянские танки «Кентавры» (Centauro) завязли в рязи реки КАламос). Пешие марши итальянских солдат не успели предупредить греческой мобилизации, значительно ускоренной большим энтузиазмом, с которым греческий народ принял войну. И даже там, где в греческом построении возникли бреши – например в местечке КаламАс – не было запасов, чтобы воспользоваться этим. Наконец, оборонительные линии итальянцев на востоке не выдержали, и кампания обратилась в горькое отступление и беду. Тем не менее, сравнительно маленькое (для тех условий отступления и разложения итальянской армии) количество военнопленных опровергает славу, что в 1940 – 1941 годах итальянцы не воевали. Иные факторы решили исход боёв. В конечном счёте, потери воюющих сторон были примерно одинаковыми, с примерно равным количеством замёрзших, больных, инвалидов и убитых – разница была лишь в количестве взятых в плен.

 

Первая фаза войны, 28 октября – 13 ноября 1940 года.

 

К 28 октября 1940 года – дате начала войны между Грецией и Италией – превосходство Британии в Средиземном море было уже удостоверено, а итальянский ВМФ прятался в своих портах, блокированный внутри своих военно-морских баз. Поэтому грекам пришлось иметь дело на море почти исключительно с нападениями итальянских ВВС и итальянских подводных лодок. Итальянские ВВС слабо участвовали в борьбе на море, не имея ни масштаба, ни продолжительности, поскольку они использовались главным образом для поддержки рушащегося Албанского фронта. Подводная угроза тоже оказалась незначительной, поскольку итальянское командование направило свои лучшие подводные части в Центральное Средиземноморье и в Атлантический океан. В конечном счёте, мощный итальянский ВМФ мог сделать весьма немногое для поддержания подвергавшегося сильным испытаниям итальянского Албанского фронта. В то же время, греческий ВМФ был сооружён частично в Италии, а частично во Франции. Поскольку к тому времени обе этих страны контролировались Осью, то Греция не имела запчастей для ремонта таких своих кораблей, и это значительно ограничивало её возможности в море. Тем не менее, бездействие итальянцев на море привело к тому, что ни единый греческий корабль, военный или торговый, не погиб в ходе Итало-греческой войны на протяжении всего полугода, пока она шла.

 

На 28 октября 1940 года итальянцы имели в Албании 140.000 (вариант: свыше 140.000) солдат и офицеров – эта численность включала в себя пограничные войска, силы блюдения общественного порядка, а также крайне мало преданные части албанских «добровольцев». Из этих 140.000 примерно 100.000 могли считаться войсками первой линии. И из них большинство (кроме двух дивизий, охранявших границу с Югославией) были выставлены в направлении Греции. Итальянцы сконцентрировали в Южной Албании огромные войска, в виде 25-го Корпуса Армий (из 5 дивизий, в том числе 1 танковой, 1 кавалерийской и 1 альпинистской) и 26-го Корпуса Армий (из 4 дивизий) – это суммарно 100 тысяч солдат. Из этих дивизий 4 были направлены на Эпир, 1 – на Пинд, 2 – на Северо-западную Македонию, 1 – на югославскую границу, и 1 – на Шкодру. Эти войска имели военно-воздушную поддержку из 400 самолётов. Греция же имела на границе с Албанией войска численностью в 35.000 человек (чтобы чрезмерной концентрацией войск не дать повода Италии утверждать, что Греция ведёт себя вызывающе; это были 8-я Пехотная Дивизия (15 батальонов, 16 артиллерийских батарей, 3 батальона пулемётчиков и группа фронтовой разведки) в Эпире и 9-я Пехотная Дивизия с 4-й Бригадой (они включают 22 батальона, 22 артиллерийские батареи и группу фронтовой разведки) в Северо-западной Македонии, а между ними располагался Пиндский отряд (состоявший из 2 батальонов, 1 артиллерийской батареи и 1 взвода кавалерии), а с воздуха эти силы поддерживали 50 военных самолётов). Но в то же время в Греции уже велась мобилизация, и в армию успели к тому времени набрать дополнительно 80.000 солдат. И очень быстро – за 15 – 20 дней – греческая армия в Эпире уже насчитывала 300.000 – 400.000 человек. В начале военных действий, по данным ГенШтаба Греции, на фронте Эпира и Пинда, где они численно преобладали, итальянцы имели силы: в Эпире – в 22 батальона, 61 артиллерийскую батарею и 2,5 кавалерийских полка, а греки на этом участке фронта имели лишь 15 батальонов и 15,5 артиллерийских батарей, а на Пинде – в 5 батальонов и 6 артиллерийских батарей против греческих 2 батальонов и 1,5 артиллерийских батарей. Уступали итальянцы в районе Корицы и в Западной Македонии (где они имели 17 батальонов против 22 греческих, согласно Управлению Историей Армии при Греческом ГенШтабе). Слабость итальянцев на последнем участке (тем более что греческая армия была тут усилена ещё более после мобилизации) решила исход боевых действий в начале войны, после того как греческое контрнаступление поставило под угрозу окружения не только дивизию «Джулия», но и все итальянские войска Эпирского сектора (где итальянская армия существенно продвинулась вперёд). Тем самым, в начале войны итальянцы выставили против Греции на суше 100.000 армию. В ответ на это Греция в течении каких-то 10 дней вооружила сухопутную армию в 300.000 человек. В начале военных действий итальянцы имели на своей стороне хрупкое численное преимущество, но между тем в Эпир и Западную Македонию начали прибывать только что мобилизованные военные части, оборачивая соотношение сил в свою пользу. В то же время, и количество сдававшихся в плен итальянцев оставалось на весьма умеренном уровне.

 

Возможности Греции в воздушной войне были ещё ниже, нежели в войне на суше или на море. За исключением нескольких истребителей польского производства (PZL), более или менее современных в сравнении с соответствующими итальянскими, ВВС Греции представлял из себя единичные примеры устаревших типов (существовали ещё самолёты Breguet-19, почти времён Первой Мировой войны!). Сопоставимо с их военными возможностями, ограниченные численно греческие ВВС (130-140 летательных аппаратов), их присутствие было очень активным – по-крайней мере их численность в людях и машинах не было ограничено в результате тяжёлых потерь. С другой стороне, военное превосходство Италии в воздухе – на начало войны она имела 300 – 400 воздушных боевых машин на Албанском фронте – никак не отразилось на ходе войны. Итальянские ВВС нанесли незначительный урон греческим линиям коммуникаций, они не воспрепятствовали греческой мобилизации, и даже не задержали её или прибытия мобилизованных на фронт. И на самом фронте присутствие итальянских ВВС не ощутилось как некая подавляющая сила. Единственным «успехом» итальянских ВВС можно считать бомбардировки греческих городов – но и там жертвами стали не столько военные цели (склады, станции, военные лагеря или заводы), сколько мирное население. Вторжение немцев было кардинально иным, и роль Люфтваффе в нём трудно переоценить.

 

30 октября греческий ВМФ (в виде двух эсминцев) разбомбил итальянские военные базы в Сайяде – в дальнейшем имели место более смелые набеги греческого ВМФ в проливе Отранто (в ноябре и декабре 1940, и в начале января 1941 года мощные эскадры греческих эсминцев, в виде 5,6 и 4 кораблей соответственно, отплыли в ночные часы, на север, в Адриатическое море, или почти туда; конечно, никаких военных результатов эти операции не имели, не учитывая слабое обстреливание албанского побережья, зато психологическое воздействие от них на общественное мнение было огромным). По сути вся тяжесть войны на море, чтобы препятствовать итальянским поставкам в Албании, пала на греческий подводный флот (6 подводных лодок (ПапаниколИс, Протей, Главк, Нерей, Тритон, Кацонис), французского производства, уже устаревших, и – после капитуляции франции перед Гитлером – при острой нехватке запасных частей; по указанным выше причинам в Греции существовали большие сомнения в действенности греческого подводного флота). В ноябре 1940 года, после совещания с английским адмиралтейтвом, греческие подводные лодки принимают на себя ведение агрессивного патрулирования в Отрантском проливе. Первые успехи пришли в декабре 1940 года, в ходе действий подводной лодки «ПапаниколИс» (во-главе с капитаном и лейтенант-коммандером (=плотархом) ИатрИдисом). Это были первые из тех действий данной подлодки, которые сделали её легендарной. В 1971 году был выпущен например греческий художественный фильм «Подводная лодка «Папаниколис»»:

 

https://el.wikipedia...ικολής_(ταινία)

 

Однако 29 декабря 1940 года греческая подводная лодка «Протей» была потеряна в ходе нападения на врага из-за комбинации технических проблем и военных действий противника. В дальнейшем подводный греческий флот продолжил военные действия на море, что широко пропагандировалось перед греческим общественным мнением, и стал известен благодаря этому широко за пределами Греции. Тем не менее, несмотря на сильное желание греческого ВМФ принять участие в крупном морском сражении против итальянцев, этого так и не произошло – ведь ВМФ последних выходил в море крайне редко. Лишь в конце марта 1941 года, в морском сражении между британцами и итальянцами при Тенаре (Каво Матапа) греческие эсминцы успели прибыть на поле брани, но тут им оставалось только иметь дело с итальянским разбитым флотом и со спасением множества тонущих итальянских военных моряков.

 

В то же время, 11 ноября 1940 года какие-то незначительные 20 британских бомбардировщиков уничтожили сильные военные корабли итальянского ВМФ, атаковав их в порту Тарента (это лишний раз подчеркнуло неразрешимые проблемы ведения войны итальянским ВМФ, и его слабость). Самолёты вылетевшие ночью с британского авианосца «Иллюстриус» вывели из строя половину итальянских броненосцев (3 из 6), и принудили итальянское адмиралтейство увести свои крупные военные корабли подальше на север. 18 декабря 1940 года британский броненосец «Уорспайт» разбомбил своими 15-дюймовыми орудиями город Авлон (алб Влёру, ит. Валону), вызвав разрушения и панику. Британские корабли сопровождения постоянно расширяли свою деятельность, пока в эту зону не вошли полностью все пути на Крит и оттуда. Между тем, с ноября 1940 года на помощь итальянцам (по их просьбе) прибыло 50 транспортных самолётов Третьего Рейха, для оказания помощи в переправке итальянских войск в Албанию (переправа войск по воздуху усиливала неразбериху, поскольку солдаты и офицеры, прибывавшие по воздуху, затем должны были направляться в порты, чтобы там принимать свою военную аммуницию).

 

Тем временем на суше, 13 ноября 1940 года по официальным данным греческого Штаба в Эпире находилось уже до 232.000 греческих солдат с 556 орудиями, и со 100.000 вьючных животных (в тот же день были сформированы два важных запасных войска, которые было можно в случае необходимости использовать для военных нужд – одно располагалось в Восточной Македонии и Фракии, и насчитывало 60.000 человек, а второе – на острове Крит, и насчитывало 13.000 человек (данные Греческого Ген.Штаба Армии)). Данные Греческого ГенШтаба Армии по итальянской армии на ту же дату, говорящие о 240 тысячах солдат, выглядят неубедительными (даже при самых благоприятных условиях (климатических и военных)за 12 дней от начала войны это потребовало бы прибытия ежедневно в среднем по 10.000 и более солдат, плюс необходимый для них военный материал, весом в 3 – 4 тысячи тонн, что было невозможно для грузоподъёмности албанских портов, контролировавшихся Италией). По итальянским данным (Cervi, “The Hollow Legions” p. 182), на то же самое время на Эпирском фронте греческое численное превосходство над ними составляло 2,5 к 1. Первое крупное греческое контрнаступление состоялось 14 ноября 1940 года, и велось в направлении Корицы. Несмотря на то, что итальянский фронт начал повсеместно отступать (начиная с восточной части, и продвигаясь на запад), в связи с чем боевой дух греков нарастал, и итальянский боевой дух приходил в упадок, тем не менее, хотя наступление греков было стремительным, решительным образом прорвать линию обороны итальянцев сильным ударом грекам не удалось нигде. С середины ноября 1940 года греческое численное превосходство стало очевидным по всем частям фронта, поскольку была завершена мобилизация, и стал известен нейтралитет Болгарии. Неспособность греческой армии нанести решительный удар противнику, организовав массовое наступление была связана с тем, что этому препятствовали природные условия, а также стратегические и тактические решения обеих воюющих сторон. Итальянская военная стратегия заключалась в создании мощных опорных пунктов (в связи с нехваткой сил и с природными трудностями горной местности, это приводило к возникновению множества «дыр» в обороне, которыми могли воспользоваться греки, благодаря фланговым ударам и успехам локального характера). Несмотря на кажущийся большой военный успех греков (22 ноября 1940 года греческая армия захватила Корицу; 23 ноября 1940 года от итальянских войск были очищены международно признанные греческие территории), этот успех был лишь поверхностным: итальянский экспедиционный корпус был далёк от полного разгрома.

 

Итальянцам требовалось разрешить проблему грузовых возможностей портов Албании – 3.500 тысячи тонн в день (итальянцам для сколько-нибудь правильного обеспечения своих войск требовались возможности в свыше 10.000 тонн в день).

 

Вторая фаза войны, 14 ноября – 28 декабря (вариант: 6 января) 1940 года.

 

6 декабря 1940 года греческая армия освободила Айи-Саранда (Санти-Кваранти), а 7 декабря 1940 года – город Аргирокастр.

 

Между тем, итальянские подкрепления поступали на Албанский фронт непрерывно, уплотняя итальянские ряды и затрудняя греческий способ ведения войны: теперь проникновение в «дыры» между построениями итальянцев и фланговые удары были непростым делом для греков. Лобовые атаки сильно увеличили греческие потери, в то время как противник приблизился, отступая, к своим базам снабжения, тем самым решив главную из своих проблем. Говоря в целом, Греческий ГенШтаб и главнокомандующий Папагос по прежнему игнорировали точечные концентрации сил для нанесения локального решающего удара, и требовали наступления по всем секторам линии фронта. В то же время греческое командование продолжало беспричинно бояться предполагаемого «технического превосходства» итальянцев (например превосходства итальянских танков), несмотря на то, что до тех пор греческая армия имела в ходе войны положительный опыт. Наконец, гористая местность и сложные зимние погодные условия, которые имели своим следствием замирание боёв на многих участках фронта, привели к концентрации греческих стремлений в январе 1941 года у стратегических проходов Клисуры и Тепелена. 6 января Генеральный Штаб отложил наступательные инициативы по всему фронту, кроме точки, где 2-й Корпус Армий пытался пробиться через проход в сторону Тепелени и Центральной Албании. В этом месте атаки и контратаки продолжались с яростной решимостью, наращивая потери обеих противоборствующих сторон. Прибытие греческих подкреплений привело 10 января 1941 года к последнему крупному успеху греческой армии в этой войне – взятию Клисуры. Однако Тепелен так и остался неприступным и смертельным для атаковавших его греков.

 

В январе 1941 года, после огромных усилий, Италия сумела собрать в Албании 7.500 автомобилей и лишь 33.000 вьючных животных, для армии численностью (на 1 января 1941 года, согласно итальянским источникам, вроде Cervi, указ. соч., p. 196) в 270.000 человек, из которых 200.000 были выставлены непосредственно на фронте против греков (численность которых для того же периода воемени несомненно превышала 250.000 человек в зонте боевого фронта). Для сравнения, греческая армия к тому моменту сумела мобилизовать 150.000 вьючных животных, из которых 100.000 находились в Албании. Итальянцы полагали, что обход стороной горных массивов и захват порта Превезы позволил бы им обеспечить морские поставки, и тем самым решить эту проблему. В январе 1941 года численность итальянской армии уравнялась с греческой.

 

29 января 1941 года скончался греческий диктатор Метаксас.

 

В середине февраля 1941 года греческая армия возобновила попытки наступления в сторону Тепелени, и в бой были брошены последние греческие резервы. Важнейшей из них была 5-я Критская Дивизия, прибывшая на фронт в конце января 1941 года. Бои были прерваны из-за больших потерь, и возобновились лишь в первые числа марта 1941 года – опять лишь с локальными успехами, то есть фактически безрезультатно. Теперь настал черёз итальянцев переходить к наступлению.

 

Третья фаза Итало-греческой войны (зимние операции и «Весеннее контрнаступление» итальянцев), 7 января – 26 марта 1941 года.

 

В марте 1941 года итальянская армия значительно превысила численность греческой, и попыталась вновь начать крупномасштабное наступление на Эпир. В начале марта, в улучшившихся погодных условиях, итальянская армия уже насчитывала 520.000 солдат (Cervi, указ. соч., pp. 297 - 298), в значительной мере свежих, тогда как греки держали против них около 250 – 270 (вариант: 240 - 250) тысяч утомлённых боями солдат. Сам Муссолини лично прибыл на фронт в Албании, чтобы воодушевить своих воинов. Итальянское мартовское контрнаступление (операция Примавера (т. е. «Весна»)) началось 9 марта 1941 года. В ходе мартовского контрнаступления итальянская армия уже превысила 550.000 солдат, против которых находилось 300.000 греческих солдат. Также, итальянцы выставили в это время против греков примерно 300 орудий и почти 200 боевых самолётов.

 

Положение на Албанском фронте к началу марта 1941 года уже напоминало Первую Мировую войну, и к тому же в её самлм худшем варианте. На больших горных высотах снег покрывал сражавшихся, и им приходилось вести борьбу за выживание против сил природы. Холод был наихудшим из врагов. Война продолжалась у горных проходов, и здесь противники получили подкрепления, «дыра были закрыты», а операции по нападению и потери, заплаченные за них, сильно напоминали последнюю Мировую войну, когда за самые незначительные территории, и к тому же имевшие незначительную военную ценность, платили невероятной кровью. Эпицентр боёв находился в ущелье Клисура, которое вело к Тепелени. Бои велись вокруг высот 717 и 731. После недели безуспешных боёв стало понятно, что на фронте тупик, и Муссолини вернулся опозоренным в Италию. А на линии фронта противоборствующие стороны теперь ограничились тем, что ожидали грядущей немецкой интервенции в Грецию. Суммарно в ходе «Весеннего контрнаступления» итальянцев, итальянская армия потеряла выбывшими из строя 11.800 человек, а греческая – 5.500 человек.

 

Количество лечившихся в С3 Военном Госпитале Яннины греческих солдат с 1 декабря 1940 по 4 апреля 1941 года: 17.481 раненых, 12.707 замороженных, 9.724 больных (источник – данные Греческого Генерального Штаба Армии). Суммарно в ходе войны было 25.000 замороженных (то есть выбывших из строя из-за морозов) греков, и 22.000 замороженных итальянцев. Греческая армия имела также по официальным данным суммарно в ходе войны ещё 30.000 раненых и 20.000 больных.

 

Может показаться странным, но к 11 апреля 1941 года, когда Восточный фронт греков уже капитулировал, Западный фронт (то есть Эпирский, или Албанский) продолжал удерживать свои позиции. В Греции считали, что можно было капитулировать перед необоримой Германией, но не капитулировать перед «потерпевшей поражение» Италией. Однако Италию (которая имела ясные территориальные претензии к Греции, а также политические планы в её отношении) подобный сценарий не устраивал. По этой причине греческая армия должна была удерживать свои позиции в Албании. Также полная капитуляция Греции казалась недопустимой греческому правительству (и в первую очередь обрётшему полноту реальной власти в стране королю Георгию II) по той причине, что это обрекло бы пребывавший на греческой территории союзный британский военный корпус под угрозу уничтожения. Первые греческие движения к отступлению на Албанском фронте начались 12 апреля 1941 года, и они нарастали, в направлении с востока на запад, до 17 апреля 1941 года. Эта большая задержка, вкупе с известиями о крушении Восточного фронта, привели к рассыпанию и быстрому общему развалу подразделений на Албанском фронте. Сверх прочего, в войсках царило всеобщее недоверие и подозрение командования в предательстве в отношении к каждому отдельному подразделению – то есть в виде сдачи таого подразделения в руки врага. Царил упадок дисциплины. В целом, греческие солдаты и офицеры предпочитали уйти домой, нежели провести остаток войны в одном из лагерей для военнопленных в Италии. Люди считали, что теперь их судьба находилась в их руках, а не в руках их командиров, котрые пребывали в замешательстве.

 

По сути дела самостоятельное участие Италии в войне благополучно завершилось в сражениях против греков в Албании. После войны против Греции в Албании, Италия смогла выставить лишь ограниченный экспедиционный контингент (и то лишь на фронтах, где доминировала германская армия, и под германским командованием), либо, как правило, статические силы, для соблюдения общественного порядка, без слаженности в более широком смысле слова и без военного значения. В Северную Африку и в СССР Италия отправила корпуса в 100 – 200 тысяч человек, окружённые и усиленные немцами. Человеческие массы, которые использовались в оккупационных войсках на Балканах, были баснословно нерезультативны. В 1943 году союзнические войска ворвались в собственно итальянские владения, и сразу всем стало ясно, что итальянской армии по сути не существует.

 

- Британское участие в Итало-греческой войне.

 

В ходе начальной фазы Итало-греческой войны, британская армия одержала серьёзные победы над итальянцами на море и на суше. 11 ноября 1940 года британские военные самолёты, взлетевшие с авианосцев, нанесли решающие удары по итальянскому военному флоту, стоявшему на якоре у Тарента. А 9 декабря 1940 года британское контрнаступление в Египте разнесло итальянские войска, и вывело англичан вглубь Ливии. В Греции наблюдался рост энтузиазма (вести о победах греков облетели весь мир), а в Италии нарастали страх и паника. Разразилась также ярость и недовольство Берлина. Тогда итальянцы впервые начали просить о немецкой военной помощи – на начальном этапе о присылке транспортных самолётов для перевозки подкреплений.

 

Пока был жив диктатор Иоанн Метаксас, он имел некоторые сомнения относительно полного сотрудничества с Британией. После смерти Метаксы, единственным полюсом власти остался королевский дворец и сам король Георгий II, который назначил (в нарушение Конституции) новым премьер-министром Греции Александра КоризИса (человека, дотоле не имевшего политической карьеры). По сути дела управление страной перешло в руки дворца, по сути это была дворцовая диктатура накануне падения Греции под натиском стран Оси. Теперь все сомнения Метаксы относительно полного сотрудничества с Англией были отодвинуты в сторону. Британцы не восприняли эту казалось бы благоприятную для их балканской политики перемену ни единодушно, ни с избытком энтузиазма. В этот период – всего-лишь несколько месяцев после полномасштабного нападения Люфтваффе на Англию (в ходе «Битвы за Британию»), англичане демонстрировали крайнее нежелание оказываться замешанными в крупных военных приключениях вдали от своей метрополии, отвлекая значительные силы, которые могли оказаться необходимыми для отражения потенциальных новых немецких нападений, а также свои ВВС. Средиземноморье, где на тот момент со стороны Оси воевала лишь Италия, представляло собой подходящий полигон для военных успехов Англии. Но та привлела сюда лишь войска из своих колоний – Австралии, Новой Зеландии, Индии, Южной Африки, а также из Польши, но не чисто войска британской метрополии. Направление этих колониальных войск на Европейский театр войны, для борьбы против Германии, вызвало недовольство и волнение правительств указанных колониальных неевропейских владений Англии. Их пугала вероятность повторения Галлипольских приключений времён Первой Мировой, тем более перед лицом японской угрозы в Тихом океане. Эти беспокойства только возросли, поскольку Черчилль вернулся к своим былым мечтам о положении дел на Балканах.

 

В феврале 1941 года цели Британии на Балканах были наполеоновскими. Она мечтала создать тут антигитлеровский блок из Греции, с её 400-тысячным войском, к которому должна была присоединиться Югославия, которая могла выставить 700 тысяч человек (а после полной мобилизации – и до 1,2 млн человек). А далее, к этому блоку могла присоединиться и Турция. На бумаге, этот блок мог привести к формированию сильного походного войска из 70 дивизий, которые, без какой-либо военной помощи Англии, смогли бы вернуть войну в Европу, и привести к увязанию Вермахта в войне против них (поскольку на труднопроходимых Балканах техническое превосходство немцев, по замыслу англичан, нивелировалось бы – как некогда тактическое превосходство гения Наполеона было сведено на нет условиями войны в Испании). Ось должны была увязнуть в кровавой и тупиковой войне на Балканах – примерно также, как итальянцы увязли в войне против греков в Албании. 22 февраля 1941 года в Афины прибыли глава британского МИДа Идэн, начальник британских сил Ближнего Востока и Средиземноморья Уэйвилл и др. высокопоставленные лица, чтобы убедить греков, а затем и другие балканские правительства, в ценности британских планов. Однако эта величественная миссия принесла скорее противоположные результаты: в Греции осознали, что возможности Англии ограничены, и перепугались. Ведь даже остановив победоносную войну в Ливии, и направив свои войска из Африки на помощь Греции, англичане не могли имель на Балканах более 100.000 солдат и 140 танков. То есть фактически греки, а возможно и югославы с (в отдалённом будущем) турками, должны были вести борьбу против Гитлера самостоятельно.

 

...........................................................................................

 

4 мая 1941 года Гитлер (в обращении к Рейхстагу) восхваляет храброе сопротивление греков итальянцам и о том, что немецкое вторжение в Грецию было не помощью Италии против Греции, а мерой по воспрепятствованию британского присутствия на Балканах (поскольку, по его словам, «англичане хотели втянуть в войну как можно больше народов»), Гитлер признаёт, что быстрый успех немцев против греков был следствием в том числе тяжёлой войны, которую Италия к тому времени вела против Греции, и, кроме того, Гитлер особенно хвалил греческих солдат, которые (из всех прочих врагов Вермахта) проявили высшие чудеса мужества, сдаваясь в плен лишь тогда, когда дальнейшее сопротивление уже было невозможно:

 

the Greek soldiers offered an extremely brave resistance to the Italians ... The march of the German forces, therefore, represented no assistance to Italy against Greece, but a preventive measure against the British attempt to use the Italo-Greek conflict to set foot on Greek soil, thus preparing for a decision along the lines of the Salonika Army of the World War. They wanted above all to drag still more nations into the war. ... We know that a large share of this success is due to our Allies. In particular, the fight sustained for six months in the most difficult conditions and with the greatest sacrifices, which Italy waged against Greece, not only engaged the greater part of the Greek Army, but so weakened it that its collapse had already become inevitable. The Hungarian Army also, again proved its old military glory. It occupied the Batchka and advanced across the Sava with motorized columns. Historical justice obliges me to state that of the enemies who took up positions against us, the Greek soldier particularly fought with the highest courage. He capitulated only when further resistance had become impossible and useless.

 

В той же речи Гитлер осмеивает данные озвученные Черчиллем о потерях сторон в Балканской кампании Вермахта, и приводит собственные данные о потерях сторон в ней (опять же, восхваляя греков при сопоставлении их с сербами и югославами в целом, при их совместном сопротивлении):

 

Thus, in my last speech, too, when I announced that wherever the British should come to the Continent they will be attacked by us and driven into the sea, I proved a better prophet than Mr. Churchill. He brazenly declared that this war has cost us 75,000 dead, that is, more than double the number of the Western campaign. He even went further, he ordered one of his hirelings to inform his English countrymen, who so rarely show intelligence, that the British, having killed enormous masses of Germans, finally turned away with horror from this slaughter and that they withdrew, so to speak, only for that reason. It follows altogether that the Australians and New Zealanders would still be in Greece had not the English, with their rare mixture of leonine courage and childlike soft-heartedness, killed so many Germans that, disgusted and horrified with their own heroic deeds, they finally withdrew, embarked and made away.

This is how it came about that we found almost exclusively Australian and New Zealand dead and that we took almost exclusively Australian and New Zealand prisoners. Such stuff you can tell the public in a democracy. But now I shall put before you the results of this campaign in a few brief figures. In the course of the operations against Yugoslavia, without counting the soldiers of German stock or the Croats and Macedonians who were immediately released, we had the following purely Serb prisoners: 6,298 officers and 337,864 men. These figures are not final. The number of Greek prisoners, amounting to 8,000 officers and 210,000 men, cannot be compared with the above figures for, as far as the Greek, Macedonian and the Epirus Armies are concerned, they were encircled and forced to capitulate only as a consequence of common German-Italian operations The Greek prisoners, too, have been or will be immediately released because of their gallant bearing. The number of English, New Zealand and Australian prisoners exceeds 9,000 officers and men. The booty cannot yet be even approximately calculated. Our share, according to estimates made so far, amounts to more than half a million rifles, far more than a thousand guns, many thousands of machine-guns, anti-aircraft artillery, mortars, numerous vehicles and large quantities of munitions and equipment. To this I should like to add the tonnage of enemy shipping sunk by the German Air Force. Seventy-five ships of a total of 400,000 tons were destroyed and ~47 ships of a total of 700,000 tons were damaged.

These results were achieved through the employment of the following German forces: Firstly, for the operations in the southeast, altogether 31 full divisions and two half divisions were provided. The lining up of these forces took place within seven days. Secondly, out of these, 11 infantry and Alpine divisions, six armored divisions and three complete and two half-motorized divisions of the army and the armed SS troops were actually employed in battle. Thirdly out of these units, 11 were in action for more than six days and ten less than six days. Fourthly, 11 units did not go into action at all. Fifthly, even before the conclusion of operations in Greece, three units could be withdrawn and three more units were no longer required, and, therefore, not brought up from the rear, while two units were stopped for the same reason in the unloading areas. Sixthly, out of these only five units altogether were engaged in battle with the English. Out of the three armored divisions included in this figure only two were constantly employed, whereas the third was stopped in the course of operations and withdrawn, as it was also no longer required. Consequently, I am stating, in conclusion, that in the fight with the English, New Zealanders and Australians, altogether only two armored divisions, one Alpine division and the body guard were employed.

The losses of the German Army and the German Air Force, as well as of the armed SS troops in this campaign, were the smallest we have had so far. In the battle with Yugoslavia and Greece, or with the British in Greece, the German Army and the armed SS troops lost 57 officers and 1,042 non-commissioned officers killed, 181 officers and 3,571 NCO's and men wounded; and 13 officers and 372 NCO's and men missing. The Air Force: 10 officers and 42 NCO's and men dead; and 36 officers and 104 NCO's and men missing My Deputies of the Reichstag, I can only say again that we are sympathizing with the heaviness of the sacrifice of the families afflicted and that we, like the whole German nation, are expressing our gratitude from the bottom of our hearts. But, seen from a wider angle, these losses are so minute that they are the highest justification for the start and the period of this campaign, for the direction of the operations, and thirdly, for their execution. It is the training of our Commanding Corps which is beyond compare, the high quality of our troops, the superiority of our equipment, the quality of our munitions, as well as the icy cold courage of each single man, which enabled us to win with such small losses. The success of such historically decisive importance was won at the same time as the two allied Axis Powers in North Africa could also liquidate in the course of a few weeks the so-called success of the British forces there. For we cannot separate from the operations in the Balkans, the action of the German African Corps, connected with the name of General Rommel and of the Italian Forces in the Battle for Cyrenaica.

 

https://en.wikisourc...ag_(4_May_1941)

 

Из речи Гитлера в Канцелярии Третьего Рейха, весной 1945 года:

 

«Следовательно, настоящий вопрос заключается не в том, почему 22 июня 1941 года, а скорее: почему не ещё ранее этого? ... Если бы нам не усложнили ситуацию итальянцы тупой кампанией в Грецию, то я бы напал на Россию несколькими неделями ранее».

 

Стр. 19 по ссылке:

 

https://army.gr/wp-content/uploads/2025/03/mag_20080501.pdf

 

На самом деле эти слова были сказаны Гитлером не весной, а в середине февраля 1945 года:

 

"But for the difficulties created for us by the Italians and their idiotic campaign in Greece", he commented in mid-February 1945, "I should have attacked Russia a few weeks earlier." Hitler noted when discussing the "pointless campaign in Greece" that Germany was not notified in advance of the impending attack, which "compelled us, contrary to all our plans, to intervene in the Balkans, and that in its turn led to a catastrophic delay in the launching of our attack on Russia. We were compelled to expend some of our best divisions there. And as a net result we were then forced to occupy vast territories in which, but for this stupid show, the presence of our troops would have been quite unnecessary." "We have no luck with the Latin races", he complained afterwards. Mussolini took advantage of Hitler's preoccupation with Spain and France "to set in motion his disastrous campaign against Greece".^[239]

 

229.  Carr, John C. (2013). The Defence and Fall of Greece 1940–1941. Barnsley: Pen and Sword. ISBN 978-1-78159-181-9.

 

 

https://en.wikipedia...eco-Italian_War

 

Понятно, что все эти соображения (о том, что Муссолини "глупо" втянул Германию в войну в Греции и в Африке) - весьма недалёкие. Германия НЕ МОГЛА избежать расширения театра войны, коль скоро она взялась воевать против безбрежной Британской империи. Поэтому Германии ДОЛЖНА БЫЛА быть готовой воевать не только на Балканах или в Северной Африке, но и вообще зоть где. Отказываясь от борьбы за Северную Африку и Грецию, Германия потеряла бы возможность бороться сперва за ресурсы Ближнего Востока. А затем - война всё-равно, с юга, была бы направлена через Балканы против Германии, теми же англичанами. То есть перенесена в Европу. Ведь у Англии были войска в Греции и на Крите. При желании англичане могли наращивать своё присутствие.

 

То есть в очередной раз Гитлер демонстрирует удивительную для человека занимавшее место главы Третьего Рейха недальновидность и глупость. Ведь по сути проблема была не в нападении Германии на Балканы, а именно развязывание Гитлером войны против СССР. То есть начало "войны на два фронта" - сме5ртельной для Германии. Причём в "Моей борьбе" Гитлер и сам ясно говорил, что в Первой Мировой Германия не могла победить, поскольку она воевала на два фронта, и что война на два фронта для Германии противопоказана и на будущее. Так зачем же он её без особых причин, по собственной инициативе, начал???

 

...........................................................................................

 

3. Германо-греческая война 1941 года.

 

13 декабря 1940 года, когда уже стала ясна неспособность Италии в обозримом будущем одолеть греческую армию, Гитлер подписал директиву № 20 о разработке плана вторжения в Грецию, получившего кодовое наименование операция «Марита» (die Weizung Nr.20a «Marita») , чтобы положить конец «неразрешённым вопросам» на Балканах, и дабы освободить свои руки для вторжения в СССР вслед за этим. Третьему Рейху срочно требовалось закрыть все открытые фронты в Юго-западной Европе накануне своего вторжения в СССР. План предусматривал, что 12-я полевая армия должна при поддержке 8-го авиакорпуса начать наступление на Грецию с территории Болгарии Болгарию (при том, что эта последняя на тот момент формально даже не вступила ещё в союз с Германией!). До начала января 1941 года позиция Болгарии оставалась неопределённой, однако части вермахта, начавшие концентрироваться на румыно-болгарской границе, стали весьма серьёзным аргументом для царя Бориса III. 1 января 1941 года премьер-министр Болгарии Богдан Филов тайно прибыл в Австрию якобы для лечения, 3 января он встретился инкогнито с Иоахимом фон Риббентропом в железнодорожном вагоне на вокзале в Зальцбурге, после чего 4 января оба встретились с Гитлером в Бергхофе. На переговорах 3-4 января 1941 года стороны обсудили предварительные условия присоединения Болгарии к Тройственному пакту. Риббентроп и Гитлер добились согласия болгарского премьер-министра, а тот, в свою очередь, добился согласия болгарского царя на поддержку Тройственного пакта. В феврале 1941 года состоялись переговоры представителей болгарского генерального штаба и немецкого военного командования, на которых Болгария отказалась принять активное участие в боевых действиях против Греции и Югославии, но согласилась использовать свои пограничные войска, чтобы занять их приграничные территории, а также обязалась выдвинуть шесть дивизий к границе с Турцией. 19 февраля 1941 года командование немецких вооружённых сил отдало распоряжение начать 28 февраля 1941 года наведение моста через Дунай (чтобы уже 2 марта 1941 года начать переброску немецких войск из Румынии в Болгарию). Лишь 1 марта 1941 года в Вене были подписаны документы о присоединении Болгарии к пакту «Рим — Берлин — Токио».

 

В марте 1941 года предварительные приготовления были завершены, и немецкие войска начали пересекать территорию Болгарии, направляясь к границам Греции. В ожидании немецкого вторжения, греческое и британское командование ежедневно обсуждали вопрос о том, где следовало держать линию обороны после немецкой интервенции. В то же время, британское давление на Югославию и Турцию, чтобы они вступили в войну на её стороне, оставалось бесплодным, и это лишь обостряло отношения Англии с Грецией. Отлично понимая ограниченность своих военных возможностей в регионе, британское командование настаивало на создании линии обороны на реке Галиакмон, так, чтобы прикрывались тылы греческой Эпирской армии, а также закрывались пути в Южную Грецию. Но для греков отказ от «линии Метаксы», города Салоники и почти всей Северной Греции казались неприемлемыми. Греческие чиновники оценивали положение так, что подобное решение подорвёт моральный дух греческого народа к сопротивлению – и скорее всего они были в этом правы. В итоге было принято компромиссное решение: примерно 4 греческие дивизии будут удерживать «линию Метаксы» и северные границы Греции, тогда как британский экспедиционный корпус (почти 3 дивизии, примерно 50.000 человек) и ещё 3 греческие дивизии будут организовывать оборону в Западной Македонии и на реке Галиакмон. Суммарные греческие силы на севере Греции, не считая войск на Эпирском фронте, насчитывали 5 или 6 дивизий, и 70.000 человек.

 

А. Операция «Марита» (интервенция немцев в Грецию).

 

3 апреля Германия предъявила Греции ультиматум, требуя капитуляции. Однако греческий премьер-министр ответил жёстким отказом на это требование. В греческой националистической историографии это событие получило звонкое название «второе ОХИ».

 

Несмотря на последние героические бои в окрестностях города Касторьи, состоявшиеся 15 апреля 1941 года, развал войска делал необходимым немедленное достижение перемирия и подписание капитуляции перед немцами. Под давлением сложившихся обстоятельств, премьер-министр Греции Александр Коризис покончил с собой 18 апреля 1941 года. Политический вакуум прекратился после того, как 21 апреля 1941 года власть в стране перешла в руки нового премьер-министра, Эммануила Цудероса. Политическое замешательство в Греции подтолкнуло командование армии принять в свои руки инициативу принятия решений, в лице генерал-лейтенанта Георгия ЦолАкоглу, командующего 3-м Корпусом Армий (прежней Частью Армии Западной Македонии), при согласном мнении остальных командующих Корпусами Армий и при «политическом прикрытии» со стороны митрополита Яннинского Спиридона. 20 апреля 1941 года вечером в Мецово был подписан первичный договор о перемирии. 21 апреля 1941 года в Яннине был подписан протокол о капитуляции греческой армии. Этот договор был официально принят 23 апреля 1941 года в Салониках, на официальной церемонии, в которой принимали участие маршал Йодль и итальянский генерал Ферреро. Несмотря на протесты со стороны итальянцев, и небольшие изменения в этой серии подписанных протоколов, капитуляция была заключена по сути дела между немцами и греками, что имело немедленные последствия для развития политических событий. В тот же день, 23 апреля 1941 года, Материковую Грецию покинули король Георгий Второй и премьер-министр Эммануил Цудерос – с этих пор они стали представлять из себя «правительство Греции в изгнании», признаваемое Англией. 29 апреля 1941 года, в Афинах, Цолакоглу сталь первым премьер-министром оккупированной Греции.

 

Немецкая война против Греции на море была столь же разрушительной, как и сухопутная. С первых же дней войны к военным и торговым кораблям противника немцы стали относиться как ко вражеским, и они начали подвергаться упорным преследованиям со стороны Люфтваффе, и нести тяжёлые потери. Центральный порт Пирея, как и остальные важные порты Греции, были практически приведены в негодность. В конечном счёте, в то время как война близилась к окончанию, греческий военный флот – в том числе старый броненосец «Авероф» (прославленный в Первой Балканской войне) – уходит вместе с правительством в Египет, где он продолжил участвовать в войне под руководством британского адмиралтейства (которое, кроме прочего, обеспечивало греческий ВМФ и его матросов всем необходимым).

 

После капитуляции Греции оставался последний нерешённый вопрос – отступление британского экспедиционного корпуса. Новозеландцы и австралийцы начали тяжёлый отход на юг, преследуемые немцами, и ведя против них арьергардные бои. Спасение 60.000 солдат зависела от скорости их отступления на юг, а также от исхода боёв между британскими ВМФ и Люфтваффе (ВВС Германии в ходе Балканской кампании продемонстрировали отменные результаты, в частности нанеся существенные удары с ощутимыми потерями по греческому ВМФ и торговому флоту). Борьба с отступавшими британцами задержала Вермахт лишь весьма незначительно. Восхождение отступавших британцев на корабли началось вечером 22 апреля 1941 года, в ночные часы, в бухтах и на якорных стоянках, которые оставались недоступными для германских войск. Конечно, позади оставались вся провизия и фураж, тяжёлое вооружение и машины – 8.000 автомобиля, 104 танка, 210 самолётов, 400 орудий и пр., а люди штабелями ложились на крейсерах и эсминцах, чтобы как можно быстрее покинуть греческие берега. Первыми эвакуационными центрами были Порто Рафти и Рафина, а позже соответствующие процедуры по эвакуации продолжились в портах Пелопоннеса. При отступлении, перед немецкими парашютистами был приключенческим образом подорван мост через Истмийский перешеек, что, впрочем, задержало Вермахт лишь весьма незначительно. Эвакуация продолжилась в Навплионе, Монемвасье и Каламате, и лишь в последней немцам удалось взять в плен значительное количество Британского Экспедиционного Корпуса – 7.000 человек. На море немцы затопили 2 эсминца и 4 транспортных судна. Такой ценой британским войскам удалось покинуть Материковую Грецию, спася 50.000 солдат из 60.000.

 

Согласно озвучивавшимся официальным немецким данным, немецкие потери в ходе завоевания Греции составили 1.100 человек убитыми, и 4.000 ранеными и пропавшими без вести. Общие британские потери составили по официальным немецким данным суммарно 11.840 человек (включая военнопленных), из общего количества британского экспедиционного корпуса (на момент немецкого ыторжения в Грецию) в 53.051 человек. При спешной эвакуации британцы имели самые тяжёлые из своих потерь: 26 британских кораблей было затоплено в ходе воздушных атак Люфтваффе. Сверх этого, немцы взяли в плен 270.000 греческих солдат и офицеров (после того, как они сложили оружие, они были сочтены не военнопленными, и поэтому отпущены немцами по домам) и ещё 90.000 югославов, отступивших на греческую территорию, и принуждённых сдаться там.

 

Официальные суммарные потери Греции в ходе Итало-греческой войны и интервенции немцев в страну (не считая Битвы за Крит) – по опубликованным данным Греческого Генерального Штаба:

 

13.325 солдат и офицеров убитыми

1.248 человек пропавшими без вести (это только данные для Албанского фронта – по Македонскому фронту данных нет)

62.663 ранеными (в том числе 8.000 инвалидов, из которых 3.000 человек имели инвалидность уровня 50 – 100 %)

2.364 признанные военнопленными (в том числе 59 человек у немцев и 2.305 у итальянцев)

 

Б. Захват Крита (операция «Меркурий»)

 

После захвата Греции немцами, к концу апреля 1941 года единственной независимой греческой территорией оставался Крит – где находился британский военный контингент, остатки греческой армии, а также законное греческое правительство (король и назначенный им вопреки Конституции кабинет министров во-главе с Эммануилом ЦудерОсом). Королю и его правительству было необходимо доказать Союзникам свой авторитет в этой части Греции – которая в прошлые годы всегда отличалась антимонархистскими настроениями. Цкдерос объехал все уголки Крита, обещая конец диктатуры и как только это станет возможно – восстановление демократии. Многие не верили ему. Волнения распространялись и не прекратились даже после начала бомбардировок Крита немцами, и когда уже стало ясно, что они готовятся атаковать остров. Из прошений критян наиболее упорно повторялось требование вооружить жителей (режим диктатуры Метаксы отнял у критян оружие в прошлые годы). Это было не только военное, но и политическое требование, поскольку таким образом доказывался бы на практике и отказ от продолжения диктаторских методов. Британская администрация, реально управлявшая Критом, щедро раздавала критянам оружие и создавала отряды дружинников (политофилаков). На Крите начали формироваться полузаконные (или иначе: полунезаконные) военизированные группировки. Эти группировки стали ядром вооружённых граждан, встретивших немецких оккупантов с оружием в руках. Тем самым «мирное» население Крита приняло участие в обороне своего острова. Никакое военное руководство не предвидело подобного народного восстания, и никакой военный план не мог этого предусмотреть. И это было новшество Второй Мировой войны. Новшество, которое очень скоро нашло имитаторов повсеместно. Происходили отдельные попытки организовать население Крита в парамилитарные группы, что сильно затруднялось ограниченностью времени и организационными проблемами.

 

В Грецию прибыли немецкие транспортные самолёты и парашютисты, и британская разведка об этом знала. Но в тот момент никто не мог предположить, что немцы рискнут начать захват Крита полностью своими военно-воздушными силами – такого до тех пор никто никогда не предпринимал. Англичан больше волновала концентрация небольших кораблей в Пирее и на острове Мелос, опасаясь, что итальянский военный флот организует их сопровождение к Криту.

 

Положение в Средиземноморье сильно зависело от положения на Ближнем Востоке. В середине мая 1941 года иракцы атаковали британцев при Хаббанийе (Habbaniya). И в тот же момент англичане получали первые осязаемые данные (в виде фотографий) относительно присутствия немецких бомбардировщиков Хейнкель-111 на аэродромах Сирии. Но уже в июне 1941 года Рашид Али был разбит англичанами в Ираке. 14 июля 1941 года Вишистская Франция подписала перемирие в Сирии, и большинство из находившихся там вишистов, во-главе с генералом Анри Денцем, вернулось в остававшуюся формально независимой часть Франции.

 

На Крите находилось накануне немецкого нападения 28 – 30 тысяч британских солдат и офицеров (главным образом новозеландцев и австралийцев), к которым следует добавить примерно 14 тысяч плохо организованных греческих солдат, в основном из критских тренировочных военных лагерей и из немногочисленных частей (например Школы Офицеров), которым удалось бежать на Крит во время краха Греции. Оборона заключалась в защите удалённых между собой пунктов (что затрудняло координацию действий защитников при нападении, о котором никто заранее не знал, где именно оно состоится), и в особенности требовали защиты три крупных города Крита, лежащих на его северном побережье – Ханья, Рефимн и Ираклион. Тем не менее защищавшиеся имели защиту в виде военных кораблей с моря, артиллерии и некоторого количества танков. В то же время главенство на море позволяло доставлять морем подкрепление, и на корню предотвращало любые попытки морского десанта со стороны противника. Воздушная транспортировка войск на тот момент казалась неопасной, поскольку по воздуху на том уровне технических возможностей было невозможно доставлять тяжёлое вооружение (которое считалось жизненно необходимым в случае борьбы за столь хорошо защизённое место, каким был Крит). Также до тех пор считалось, что военные самолёты не могут представлять серьёзной угрозы для военных кораблей. Готовившаяся немцами на Крите военная операция по десантированию не имела аналогов в военной истории до тех пор по своим масштабам.

 

Неожиданность действий немцев могла носить лишь тактический характер, поскольку англичане сравнительно легко и достаточно точно расшифровывали перехвачиваемые немецкие донесения. Конечно, ожидалось заранее также, что первыми целями нападения станут аэродромы и порты. Но никто не мог ожидать, что состоится атака с неба, силами парашютистов, без тяжёлого вооружения, и при том массово сбрасывая их непосредственно на укреплённые позиции защитников острова. Суммарно на Крит было отправлено примерно 22 тысячи немецких солдат, из которых 10 тысяч были парашютистами из 11-го Воздушного Корпуса и 12 тысяч – горными войсками 5-й Горнопехотной Дивизии. Воздушные силы, задействованные немцами при захвате Крита, включали свыше 500 транспортных самолётов Ju-52, а также истребители и бомбардировщики – суммарно 1.300 воздушных аппаратов. Влекомые морем летательные преспособления движимые воздухом тащили часть войск запаса.

 

20 мая 1941 года – раньше, чем рассчитывали англичане – немцы начали атаковать Крит. Англичане надеялись втянуть здесь немцев в вязкую борьбу на истощение – планы, которым было не суждено осуществиться. Англичане были застигнуты врасплох уже тем, что немцам удалось быстро сбросить 9 тысяч солдат (парашютистов и горной пехоты) уже в первый день операции, пусть даже лишь с имевшимся в наличии оружием. Также неожиданностью стало и то, что немцы одновременно атаковали все три (а по сути четыре) мощных оборонительных пункта обороны: на Малеме, на Суду, на Рефимно и на Ираклион. При Малеме в нескольких местах наблюдались локальные успехи немецкого десанта. На второй день, 21 мая 1941 года, запыхавшееся от перенапряжения сил Люфтваффе смогло доставить на Крит по воздуху свыше 2 тысячи солдат, однако отправка по морю тяжёлого вооружения полностью провалилась. Этор вдохновило британцев принять ответные действия. И в самом деле, в ночь с 22 на 23 мая 1941 года был уничтожен морской караван из нескольких десятков судёнышек и мелких катерков на бензиновом двигателе, которые перевозили тяжёлое вооружение и 2 батальона горной пехоты, со слабым итальянским сопровождением. Британцы преувеличили свой успех, оценив количество утонувших в результате нападения в 5 тысяч человек (на самом деле их было 300 - 400), и посчитав, что это поражение сильно сломит дух немецкого десанта. Из-за роста оптимизма, англичане посадили на транспортные корабли в Египте значительные подкрепления для Крита, а британский ВМФ приготовился усилить своими бомбардировками готовившиеся контратаки английской армии. В Лондоне и в Каире начали подумывать, что пленение 10 тысяч немецких парашютистов и горных пехотинцев позволит сильно поднять дух английской армии. 22 мая 1941 года неспособность Люфтваффе – а скорее аэродромов Материковой Греции, которые оно использовало – стало особо ощутимым, поскольку ему удалось в этот день доставить лишь 1.900 солдат, всех в район Малеме, и по прежнему без тяжёлого вооружения. По морю опять ничего доставлено не было. Однако в тот же самый день Британия получила крушащий удар в столкновении на море от Люфтваффе, поскольку уже в этот день были затоплены 3 крейсера, несколько эсминцев, и нанесённый ценному Средиземноморскому Флоту Британии нарастал. Война на истощение поворачивалась против Англии, которая ни в коем случае не намеревалась ради победы престижа рисковать своим важнейшим козырем в этой войне – флотом. Поэтому отправка подкреплений на Крит была отменена. 23 мая 1941 года на юг от Крита было затоплено ещё 2 британских эсминца, и теперь уже англичане отказались от дальнейшей обороны Крита. Было решено увести прочь британский флот, поскольку итальянский флот для ведения боёв не явился, а утрата военных кораблей от нападений ВВС противника казалась слишком тяжёлой утратой.

 

Не меньше сюрпризов, чем для британцев, было и для немцев. Выяснилось, что одного качественного превосходства элитных немецких частей над противником, имеющим численное превосходство и лучшее вооружение – недостаточно. В то же время, ещё одним сюрпризом стали и особенности партизанской войны. Выяснилось, что хотя мирные жители, взявшиеся за оружие, и не представляют угрозы для создававшихся немцами укрепрайонов, тем не менее для отдельных заблудившихся немецких бойцов, или малых групп партизаны представляли большую опасность. Участие населения в войне делало для немцев опасным не только само поле боя, но и его окрестности, которые были для них враждебными, что ограничивало манёвренность немецких войск, и лишало их в случае неудачи в сражении «безопасного пространства» для отхода, где они могли бы отдохнуть, укрыться и реорганизоваться. Поэтому ярость немцев обратилась в дальнейшем против мирного населения, которое кровью заплатило за своё вмешательство в бои (до тех пор ВМВ велась в этой области сравнительно умеренно, и мирное населения войска противоборствующих сторон старались не трогать). Тактика «карательных действий» против мирного населения стала печальной особенностью Битвы за Крит. В дальнейшем этот метод войны получил широкое, бесконтрольное распространение, и в особенности на Восточном фронте. Ничего подобного в Польше или Франции не было. На Крите целые сёла – без разбора виновных и невиноватых – ставили перед расстрельными отрядами немцев. Две волны карательных действий захлестнули Крит (первая волна происходила во время и сразу после боёв с защитниками Крита, и коснулась сёл, лежавших на окраинах полей боестолкновений – сотни граждан были расстреляны «в назидание» остальным; вторая карательная война была, конечно, более осознанной и организованной: в первые три дня августа 1941 года специальные отряды немецкой армии предприняли задержания и групповые казни сотен лиц мужского пола, происходивших из тех же селений в тех же «подозрительных» зонах). Население Крита заплатило дорогую цену за свою тягу к сопротивлению. Участие населения в борьбе против интервентов стало неожиданностью для немецких штабников. Союзники оценивали количество греков живших на Крите, взявших оружие в руки (в подавляющем большинстве случаев добровольно и по собственному желанию), в 3 тысячи человек. Бесценными были и вторичные услуги жителей Крита (в том числе и женщин с детьми), в деле поддержки действий оборонявшихся (перевозки, поставки, перемещение раненых и пр.).

 

Когда было принято решение об эвакуации британского экспедиционного корпуса, то и она натолкнулась на значительные трудности. Ещё 12 тысяч человек пленных добавилось к тем 14 тысячам британцев, которые были брошены в Материковой Греции. Почти 4 тысячи солдат и матросов британских армии и флота погибли (тот факт, что многие из них были новозеландцами и австралийцами безвозвратно поколебал отношения Лондона с этими своими колониями, и обратил их к гораздо более результативному американскому покровительству). Тем не менее, немцы тоже несли тяжёлые потери на Крите. По сути дела бои длились лишь 4 дня.

 

Суммарно в боях за Крит приняло участие около 65 тысяч сухопутных войск: 28 тысяч британцев, 14 тысяч союзных им греческих солдат, а также их врагов – 22 тысяч немцев. Потери оборонявшихся составили примерно 5 тысяч человек убитыми (в том числе 2 тысячи британских военных моряков, 1,8 тысяч солдат британской сухопутной армии, и много греческих солдат и дружинников), 2 тысячи ранеными и 12 тысяч попавшими в плен. Нападавшие потеряли 5 – 6 тысяч человек убитыми и ранеными, из которых 4.750 человек были парашютистами (эта элитная часть Вермахта дотоле имела множество военных достижений, сделанных малой ценой – например, годом ранее немецкие парашютисты захватили с воздуха хорошо укреплённую бельгийскую крепость Эбен Эмаэль, что обошлось им лишь в 6 человек убитыми и 15 человек ранеными). Столь тяжёлые потери, как на Крите, были ещё тогда непривычны ни для парашютистов Люфтваффе, ни для горной пехоты Вермахта. Однако вскоре парашютисты Люфтваффе начали нести тяжелейшие потери.  Они имели тысячи жертв убитыми и сдавшимися в плен в Тунисе в 1943 году, а также в битве при Монте-Кассино и при союзнической высадке в Нормандии летом 1944 года. Другая элитная часть немецких войск, принимавшая участие в захвате Крита (поскольк её лёгкое вооружение и аммуниция обеспечивали простую доставку по воздуху), горная пехота, потеряла на Крите свыше тысячи человек в воздухе, на земле и на море – в трёхдннвных боях на «линии Метаксы» в апреле 1941 года те же рода войск потеряли всего-лишь 150 человек убитыми. Конечно, несколько месяцев спустя, в СССР, эти самые подразделения принесли настоящие гекатомбы жертв, например в августе 1941 года, в боях при Умани против советских войск, они за какие-то несколько дней потеряли 6 тысяч солдат.

 

Относительно потерь в Битве за Крит мнения расходятся. В то время как немцы в своих донесениях сразу после окончания военных операций на Крите говорили о суммарных потерях, которые колебались между 3.986 и 6.453 человек, Уинстон Черчилль писал, что более 4 тысяч захоронений были пересчитаны в районах Малеме и залива Суды, и ещё 1 тысяча в районах Рефимно и Ираклиона. По мнению Черчилля потери немцев значительно превысили 15 тысяч убитыми и ранеными. Часть подобного большого различия в немецких потерях могла бы быть объяснена тем, что британцы ошибочно оценили потери в виде утопленных солдат первого немецкого морского каравана в 2,5 тысячи человек, хотя на деле там было лишь 2 батальона, и утонули они далеко не все (составы немецких лётных и морских спасателей собрали большинство потерпевших крушение). В недавном британском исследовании о немецких потерях на Крите, британские военные историки соглашаются с немецкими данными. Было уничтожено или пострадали также свыше 350 немецких военных самолётов (более половины из которых были транспортными). Британцы же смогли эвакуировать с Крита 14.800 солдат из своего гарнизона, насчитывавшего 28 тысяч человек. Кроме того на Крите осталось 14 тысяч греческих солдат – убитых или попавших в плен. Британские ВМФ потеряли в ходе всей операции по отводу войск из Эгейского моря примерно 2 тысячи человек убитыми и ранеными.

 

Потери военного материала были значительными, но не смертельными ни для одной из сторон. На море британцы потеряли 3 крейсера и 6 эсминцев, а ещё 13 кораблей пострадали в боях, потерпев повреждения, но соотношение сил с итальянским ВМФ осталось в пользу англичан, и стратегических последствий от потерь не было. Нечто подобное произошло и с Люфтваффе. Более всего тут пострадали транспортные самолёты – оружие, в котором не было необходимости прямо сейчас на других фронтах. В течении нескольких недель Британия потеряла весь военный материал целого своего военного экспедиционного корпуса. Однако помощь от США, начавшая поставляться ей, давала Англии сколько нужно, и более того, необходимого материала. С точки зрения потерь военного материала в Битве за Крит ничего потеряно не было.

 

Исход Битвы за Крит – поражение британских войск. Однако тот факт, что Гитлер уже переносил центр тяжести войны на Восток, против СССР, позволил англичанам зализать свои раны, и восстановить, и даже укрепить свои позиции на Ближнем Востоке и в Северной Африке. К Третьего Рейха более не было избыточных сил для продолжения борьбы за Средиземное море. Британцы восстановились и реорганизовались после своих поражений на Балканах в апреле и мае 1941 года всего-лишь на протяжении одного месяца. Немцы же полностью отказались отреализации каких-либо своих планов относительно Ближнего Востока (в Ираке, Сирии, Ираке или касательно попытки овладевания Суэцким каналом). То есть Битва за Крит фактически не имела никакого продолжения и никаких последствий.

 

Ожидаемая продолжительность жизни в Греции в это время была 34 года, в то время как в Италии она составляла 53 года, в Германии – 60 лет, а в Польше – 46 лет. При 6.000 преждевременных смертей в год от туберкулёза, или ещё стольких же от дара малярии, 13.000 смертей на Албанском фронте не были чем-то из ряда вон выходящим и невыносимым. В то время как по дорогам Греции ходили 250 тысяч туберкулёзников, 25 тысяч инвалидов войны лишь дополняли печальную картину, которая и так существовала в стране.

 

.......................................................................................................

 

Борис Соколов. 100 великих войн. М.: Вече, 2011 г.
 

Германия надеялась вынудить Англию к миру с помощью подводной войны и действий надводных кораблей-рейдеров против британского торгового судоходства. Однако от тактики надводного рейдерства пришлось отказаться после того как британскому флоту с большим трудом и с потерей линейного крейсера «Худ» удалось выследить и 27 мая 1941 года потопить крупнейший немецкий линкор «Бисмарк». Его гибель совпала по времени с захватом германскими десантниками Крита. Турецкий министр иностранных дел так прокомментировал эти события: «У англичан еще много островов, разбросанных по всему миру, а второго „Бисмарка“ у немцев не будет».

https://historylib.org/historybooks/Boris--Sokolov_100-velikikh-voyn/87

 

......................................................................................................

 

 

ДЕЛО ЧАМА (=эпирского албанца) ДАУД ХОДЖИ (как один из предлогов нападения Италии на Грецию 28 октября 1940 года)

В основном - по книге:

Η Ιταλική επίθεσις κατά της Ελλάδος.
ΒΑΣΙΛΙΚΟΝ ΥΠΟΥΡΓΕΙΟΝ ΤΩΝ ΕΞΩΤΕΡΙΚΩΝ
ΔΙΠΛΩΜΑΤΙΚΑ ΕΓΓΡΑΦΑ
ΑΘΗΝΑΙ 1940

https://www.orp.gr/wordpress/?p=36699

В июле 1940 года силы ВВС Италии атаковали морские части греческого ВМФ (15 августа 1940 года итальянской подводной лодкой на греческом острове Тенос был потоплен греческий военный корабль "Элли" - в итальянской прессе в те дни публиковалось, лживо, что это происки Англии, которая старалась стравить Грецию и Италию):

https://www.liberal....ki-proparaskeyi

1.Итальянское посольство обращается 25 июля 1940 года к МИДу Греции по поводу нахождения в Албании, на границе с Грецией, между Порто Эда и Конисполем, безголового трупа (итальянское следствие показало, что это был 50-летний Дауд Ходжа, лесник, уроженец Чамерии, 20 лет назад бежавший в Албанию; следствие показало, что он 15 июня прибыл на места пастбищ, которые охранял, в регионе СесИн, и там встретился с двумя албанцами, 17-летним Пило Кочо (сыном Дирно) из Мурши и 24-летним Илией ФОто (сыном Сотира) из Мурши, и после короткого разговора с ними отошёл, и уснул под одним деревом, и во сне был убит указанными лицами, которые отрезали его голову, и бежали через греческую границу (примерно в 30 минутах пути), унося с собой его голову; итальянские власти задержали некоего Кочо Суллиоти, владельца мельницы, лежащей поблизости от места преступления, который вероятно знал о преступлении, а такжу отца Пило Кочо, господина Дирно; итальянское посольство требует временного задержания Пило Кочо и Илии Фото, пребывающих на греческой территории, скорее всего в Филиатах или их окрестностях, и ожидать скорого формального требования албанского Министерства Юстиции об их выдаче):
 

Ή Β. Ιταλική Πρεσβεία Εχει τήν τιμήν νά φέρη εις γνώσιν του Β. Υπουργείου των Εξωτερικών τα ακόλουθα: Τήν 17 παρελθόντος Ιουνίου ευρέθη μεταξύ Πόρτο Εντα καί Κονισπόλεώς, πλησίον των ελληνοαλβανικών συνόρων άκέφαλαν πτώμα. Αι έρευναι τής επιτοπίου αρχής επέτρεψαν νά εξακριβωθη ότι επρόκειτο περί ενός ονόματι Νταοΰτ Χότζα, ηλικίας 50 ετών, δασοφύλακος, Αλβανοϋ καταγόμενου έκ Τσαμουριάς, πρόσφυγος έν Αλβανία από 20 ετών. Αι ανακρίσεις διεπίστωσαν ταυτοχρόνως ότι τήν 14 Ιουνίου ο Νταούτ Χότζα είχε μεταβή εις τους βοσκότοπους των οποίων είχε τήν φύλαξιν, κείμενους εις τήν περιοχήν Σεσίν, εκεί συνηντήθη μετά των Πίλο Κότσο, υίοΰ του Ντίρνος, γεννηθέντος έν Μούρσι, ηλικίας 17 ετών καί Ηλία Φότο, υΐοΰ του Σοτιρ, γεννηθέντος έν Μοΰρσι, ηλικίας 24 ετών. Μετά σύντομον μετ’ αυτών συνομιλίαν ο Χότζα άπεκοιμήθη ύπό τήν σκιάν Ενός δενδρου. Και ενώ έκοιματο έδολοφονήθη άνάνδρως ύπό των έν λόγφ ατόμων, τα όποια άφοΰ άπεκεφάλιααν το πτώμα κατέφυγον, συνααποκομίζοντα τήν κεφαλήν του θύματος, πέραν τής Ελληνικές μεθορίου, εις απόστασιν 30 περιπου λεπτών πορείας. ΑΙ Ιταλικαί άρχαί προέβησαν εις τήν σύλληψιν ενός ονόματι Κότσο Σουλλιόττι, Ιδιοκτήτου μύλου κειμένου πλησίον του τόπου όπου διεπράχθη το έγκλημα, καί ό όποιος λίαν πιθανώς είχε γνώσιν τούτου, ώς καί του πατρός του Πίλο Κότσο. Η Β. Πρεσβεία κατόπιν οδηγιών της Κυβερνήσεως της έχει την τιμήν να ζήτηση όπως διαταχθή ή προσωρινή σύλληψις των Πίλο Κότσο και Ηλία Φότο, ευρισκομένων επί ελληνικού εδάφους, λίαν πιθανώς εις Φιλιάτες ή εις τα περίχωρα, έν αναμονή τακτικής αιτήσεως εκδόσεως ή οποία θα υποβληθή ώσονούπω υπό του Αλβανικού Υπουργείου της Δικαιοσύνης. Έν αναμονή της απαντήσεως την οποίαν το Β. Υπουργείο των ‘Εξωτερικών θέλει εύαρεστηθή να διαβίβαση αυτή επί του θέματος, ή Ιταλική Πρεσβεία δράττεται της ευκαιρίας ίνα επαναλάβη την διαβεβαίωσιν της Εξόχου υπολήψεως της.

11 августа 1940 года работавшее в Албании итальянское информационное агентство Стефани публикует обвинения к Греции, что её агенты убили на греко-албанской границе великого албанского (чамского) патриота Дауд Ходжи, который "боролся за независимость Чамерии" (статья утверждает, что в 1930 году, когда Чамерия была включена в состав Греции, в ней проживало 80 тысяч албанцев и 10 тысяч греков - это противоречит данным греческих переписей населения в Чамерии, показывавших, что чамов-албанцев в Чамерии проживало около 25-30 тысяч в 1913 году, и около 15-20 тысяч около 1940 года):
 

11 Αύγουστου 1940
Ό αλβανικός πληθυσμός ό ύποτεταγμένος εις την Ελλάδα ευρίσκεται υπό την βαθείαν έντύπωσιν τρομερού πολιτικού εγκλήματος διαπραχθέντος εις την έλληνοαλβανικήν μεθόριον. Ό μέγας Αλβανός πατριώτης Νταούτ Χότζα, γεννηθείς εις την άλύτρωτον περιοχήν τής Τσαμουριάς, έδολοφονήθη άγρίως επί αλβανικού εδάφους πλησίον των συνόρων. Τό σώμα του ευρέθη άκέφαλον. Εγνώσθη άργότερον ότι οί δολοφόνοι ήσαν Ελληνες πράκτορες οι όποιοι παρέλαβον μεθ’ εαυτών εις το ελληνικόν έδαφος τήν άποκοπείσαν κεφαλήν καί τήν παρέδωκαν εις τάς έλληνικάς αρχάς, αΐτίνες από πολλών ετών είχον επικήρυξη τον Άλβανόν αυτόν πατριώτην. Έγνώσθη επίσης ότι ή κεφαλή του μετεφέρθη από χωρίου εις χωρίον κατά διαταγήν των τοπικών ελληνικών αρχών καί εξετέθη εις κοινήν θέαν προς τρομοκράτησιν των αλυτρώτων Αλβανών αδελφών τής ώς άνω περιφερείας. Ό Νταούτ Χότζα ήναγκάσθη πρό τίνος νά φύγη κρυφίως έκ Τσαμουριάς ίνα σωθη από τους διωγμούς των ελληνικών αρχών, αί όποΐαι δέν του συνεχώρουν τήν άκαταπόνητον προπαγάνδαν του μεταξύ των συμπατριωτών του διά τήν προσάρτησιν τής Τσαμουριάς εις τήν μητέρα πατρίδα. Κατέφυγεν εις τήν Άλβανίαν όπου ελάμβανε συχνά μηνύματα διά των οποίων ήπειλείτο μέ θάνατον. Ή δολοφονία αυτή, ήτις συγκινεί βαθέως τους Αλβανούς τής Τσαμουριάς, δέν είναι το μόνον πρόσφατον έπεισόδιον τής καταπιεστικής ελληνικής πολιτικής. Πρό τίνων μηνών ευρέθη εις το σώμα ενός Αλβανού φονευθέντος εις τήν Τσαμουριάν μικρόν φύλλον χάρτου επί του οποίου ανεγράφετο ότι ή ιδία τύχη άνέμενεν όλους τους Αλβανούς τους ελπίζοντας νά ελευθερώσουν τήν πατρίδα των από τήν έλληνικήν κυρίαρχίαν. Ή αρχαία αυτή αλβανική γή περιλαμβάνεται μεταξύ των σημερινών ελληνοαλβανικών συνόρων καί τής ακτής του Ιονίου μέχρι των περιχώρων τής Πρεβέζης καί τής επαρχίας των Ιωαννίνων. Κατοικείται από πεντήκοντα χιλιάδας περίπου αυθεντικών Αλβανών, οΐτινες αποτελούν τήν μεγίστην πλειοψηφίαν του πληθυσμού. Ήσαν όμως πρό μερικών ακόμη ετών πολύ περισσότεροι. Πράγματι, κατά το 1913, οπότε ή Τσαμουριά προσηρτήθη εις τήν Ελλάδα, ό αλβανικός της πληθυσμός άπετελεΐτο από 80.000 περίπου κατοίκους έναντι ολίγον περισσοτέρων των 10.000 Ελλήνων. Είς διάστημα ολίγων ετών ή ελληνική πολιτική της άπεθνικοποιήσεως, ή αποβλέπουσα εις το νά έμφανίση τεχνητά ελληνικά δικαιώματα επί του εδάφους τούτου, άπεδεκάτισε τους τοπικούς πληθυσμούς δι’ απογυμνώσεων, σφαγών καί εκτοπισμών. Παρά ταΰτα οί Αλβανοί τής Τσαμουριάς παρέμειναν εθνικώς συμπαγείς, διετήρησαν τα έθιμα των καί τήν γλώσσαν των καί άντέταξαν εις τους σφετεριστάς λίαν ύπερήφανον άντίστασιν, εις τρόπον ώστε ν’ αποτελούν ακόμη καί σήμερον κυριαρχούν στοιχείον έν τή περιφέρεια ταύτη. Έπιβλητικόν παράδειγμα τής προσκολλήσεώς των εις τήν γενέθλιον χώραν εδόθη ύπό των Αλβανών τής Τσαμουριάς κατά το 1924 οπότε, βασιζόμενη εις τήν συνθήκην τής Λωζάνης διά τής οποίας απεφασίσθη ή ανταλλαγή των ελληνοτουρκικών πληθυσμών, ή Ελληνική Κυβέρνησις ήξίου όπως όλοι οί Μουσουλμάνοι τής Τσαμουριάς, δηλαδή το σύνολον του άλβανικοΰ πληθυσμού, καταστούν άντικείμενον ανταλλαγής μέ Ελληνας εγκατεστημένους επί τούρκικου εδάφους. Η άντίστασις των κατοίκων τής Τσαμουριάς, σταθερώς υποστηριζόμενων υπό των Αλβανών αδελφών των, υπήρξε τόσον ισχυρά ώστε ή Ελληνική Κυβέρνησις εδέησε νά παραιτηθή του αθεμίτου σχεδίου της καί νά αναγνώριση τήν άλβανικήν των προέλευσιν. Σήμερον ό τυφλός δεσποτισμός επιπίπτει περισσότερον από κάθε άλλην φοράν κατά των πληθυσμών αυτών, εις τρόπον ώστε πλείστοι κάτοικοι τής Τσαμουριάς είναι υποχρεωμένοι νά καταφεύγουν εις τήν Άλβανίαν διά ν’ αποφύγουν τους ανήκουστους διωγμούς. Οπως προκύπτει από πολλάς έγκυρους μαρτυρίας, αί ελληνικοί άρχαί εφθασαν μέχρι του νά βεβαιώσουν ότι οι’ Ιταλοί θά έκδιωχθοΰν συντόμως έξ Αλβανίας. Ο πληθυσμός όμως τής Τσαμουριας είναι σήμερον όλιγώτερου από κάθε άλλην φοράν διατεθειμένος νά ύποκύψη εις τάς ελληνικός πιέσεις. Αν ή αγάπη προς τήν άλβανικήν πατρίδα ήρκεσε νά τροφοδότηση τήν πίστιν τής Τσαμουριδς εις έποχάς αϊ όποΐαι ήσαν τόσον σκοτεινοί διά τήν τύχην τής Αλβανίας, σήμερον οι Αλβανοί τής Τσαμουριάς θά ευρουν εις τα άνανεωθέντα πεπρωμένα τής μητρός πατρίδος των ακόμη ισχυρότερον λόγον διά νά ελπίζουν.

Итальянские угрозы всем виновным, опубликованные 12 августа 1940 года:
 

Συντονισμός της Ιταλικης προπαγανδας
Άριθ. 113
Ό εν Ρώμη Πρεσβευτής προς το Β. Ύπουργεΐον των Εξωτερικών.
12 Αυγούστου 1940 Η δημοσίευσις του γνωστού ανακοινωθέντος του Πρακτορείου Στέφανι εις όλας τάς εφημερίδας με εντυπωτικούς τίτλους και εις περίαπτον θέσιν οφείλεται εις ρητάς οδηγίας του αρμοδίου Υπουργείου. Κατά την μεσημβρινήν συγκέντρωσιν των ξένων ανταποκριτών ό αντιπρόσωπος του Υπουργείου είπεν ότι ό φόνος του Αλβανού προεκάλεσε μεγίστην αΐσθησιν παρά τη Ιταλική κοινή γνώμη, ότι ό θίγων την Άλβανίαν θίγει την Ίταλίαν και ότι ή Ιταλική Κυβέρνησις θά προβή εις εντόνους παραστάσεις εν Αθήναις. Ερωτηθείς παρά τίνος ανταποκριτού πότε έγένετο ό φόνος, απήντησε ξηρώς ότι δεν το γνωρίζει. Ι. Πολίτης

Агентство Стефани сообщало, что Греция нарушало права этнического меньшинства чамов-албанцев. Греческая сторона на это отвечала, что уважает территориальную целостность Албании, и что мусульмане Эпира по Лозаннскому миру остаются на местах своего проживания, а не были выселены в Турцию, по гуманитарным причинам.

Аналогично дело Дауд Ходжи широко публиковалось, в пропагандистском антигреческом значении, в итальянской прессе (например в таких авторитетных органах СМИ, как "Газета Италии" и "Народ Италии"; также - в газете "Томори"). Писалось, например (например в газете "Реджиме фашиста"), что голову Дауд Ходжи якобы провозили по сёлам Греческого Эпира, демонстрируя её там местному населению (в виде триумфа греческого национализма и акта устрашения для потенциальных сепаратистов).

Ответ официального греческого органа СМИ, Афинского Информационного Агентства от 12 августа 1940 года на "беспочвенные" обвинения со стороны Албании и Италии, поскольку Греция не имеет никакого отношения к этому преступлению:
 

Άριθ. 112 Άνακοίνωσις του Πρακτορείου Αθηνών.
12 Αυγούστου 1940
Είμεθα εις θέσιν νά βεβαιώσαμεν ότι αϊ πληροφορίαι αϊ μεταδοθεΐσαι έκ Τιράνων ύπό του Πρακτορείου Στέφανι περί δήθεν φόνου Αλβανού πατριώτου υπό Ελλήνων πρακτόρων είναι απολύτως αβάσιμοι. Πρό δύο μηνών περίπου δύο Αλβανοί, οίτινες κατώρθωσαν νά είσδύσουν εις το έλληνικόν έδαφος, συνελήφθησαν καί άνακριθέντες ώμολόγησαν ότι έφόνευσαν κατόπιν ρήξεως τον όνομαζόμενον Νταούτ Χότζα, όστις ήτο γνωστότατος ληστής έπικηρυχθείς πρό είκοσαετίας ύπό τής Ελληνικής Κυβερνήσεως λόγω φόνων καί άλλων εγκλημάτων κοινού δικαίου εκτελεσθέντων επί ελληνικού εδάφους. Ή Ελληνική Κυβέρνησις εθεσεν ύπό κράτησιν τους φονείς καί διέταξε τήν διεξαγωγήν τής συνήθους έν προκειμένω διαδικασίας. Τήν 25 Ιουλίου ή έν Αθήναις Ιταλική Πρεσβεία άνήγγειλεν εις το Ελληνικόν Υπουργεΐον των Εξωτερικών ότι κανονική αίτησις εκδόσεως θά ΰπεβάλλετο εντός ολίγου ύπό του Αλβανικού Υπουργείου Δικαιοσύνης (*). Αι ελληνικαί άρχαί, αΐτινες εξακολουθούν νά κρατούν τους έν λόγω Αλβανούς, ευρίσκονται πάντοτε έν αναμονή τής ανωτέρω αίτήσεως. Δέον νά σημειωθη ότι ή Ιταλική διακοίνωσις ήτις ήτο συντεταγμένη ύπό συνήθη τύπον, τον άφορώντα τρέχοντα διοικητικά ζητήματα, αναφέρε ότι ό Νταούτ Χότζα ήτο από εικοσαετίας εγκατεστημένος έν Αλβανία. Έν περιλήψει. 1ον Δέν πρόκειται περί Αλβανού πατριώτου, αλλά περί έγκληματίου κοινού δικαίου. 2ον Οι φονεΐς δέν εϊναι Ελληνες, αλλά Αλβανοί. 3ον. Ό Νταούτ Χότζα έξετέλεσε τα εγκλήματα του καί έπεκηρύχθη προ εικοσαετίας. 4ον. Αι ίταλικαί άρχαί είναι έν γνώσει των γεγονότων από τουλάχιστον είκοσαημέρου. Δέον νά προσθέσωμεν ότι: 1ον Ή δήθεν περιφορά τής κεφαλής του ληστοϋ από χωρίου εις χωρίον αποτελεί καθαρόν μύθευμα. 2ον Εϊναι καθαρόν μύθευμα επίσης ή δήθεν δολοφονία Αλβανού τίνος επί του οποίου ευρέθη φύλλον περιέχον άπειλάς παρομοίων φόνων. Είμεθα αφ’ ετέρου υποχρεωμένοι νά ύπογραμμίσωμεν κατά τον πλέον κατηγορηματικόν τρόπον ότι αί γενικότερα ς φύσεως διαβεβαιώσεις αί περιεχόμενοι εις τάς πληροφορίας του ανωτέρω πρακτορείου δέν στηρίζονται επί τής πραγματικότητος των γεγονότων. Είναι παγκοίνως γνωστόν ότι παρά τάς νίκας τού 1912, αϊτινες εφεραν τήν έλληνικήν κατοχήν πέραν των σημερινών ελληνοαλβανικών συνόρων, ή Ελλάς ανεγνώρισε τήν εύρωπαϊκήν απόφασιν, τήν καθορίζουσαν τήν σημερινήν ελληνοαλβανικήν μεθόριον, ώς όριστικήν. Οσον άφορα το δήθεν ζήτημα τής Τσαμουριας, δέον νά παρατηρήσωμεν ότι κατά τήν άνταλλαγήν των ελληνοτουρκικών πληθυσμών οί Μουσουλμάνοι τής περιφερείας ταύτης εξέφρασαν επανειλημμένως τήν θέλησίν των νά μεταναστεύσουν εις τήν Τουρκίαν. Άλλ’ επειδή είχε προβληθή έξ άλλου ή αλβανική καταγωγή των Μουσουλμάνων τούτων, ή Ελληνική Κυβέρνησις διαπνεόμενη έκ πνεύματος ευρύτατης συνδιαλλαγής καί όχι μόνον παρά τήν θέλησιν των ενδιαφερομένων, αλλά καί παρά μίαν σωφρονεστάτην γνωμάτευσιν τής Μικτής Επιτροπής τείνουσαν νά έξετάση έν πλήρει αμεροληψία πάσαν άτομικήν περίπτωσιν, άπέστη συνολικώς τής ανταλλαγής έν τή περιφέρεια ταύτη τής Ηπείρου (νομός Θεσπρωτίας). Οθεν, λόγω των γεγονότων τούτων, υπάρχουν σήμερον επί συνολικού πληθυσμού 65.074 κατοίκων τής νομαρχίας ταύτης, 18.109 ανήκοντες εις τήν ώς άνω κατηγορίαν. Ό πληθυσμός ούτος, απολαμβάνων των ευεργετημάτων μιας πατρικής διοικήσεως, διαβιοΐ έν πλήρει αρμονία μετά των λοιπών συμπολιτών Έπιμένομεν επί του αριθμού τούτου των 18.000 όστις ουδέποτε υπήρξε μεγαλύτερος. Δέον έν τέλει νά προσθέσωμεν οτι δέν είναι κάν άναγκαΐον νά σημείωση τις το άστήρικτον τής βεβαιώσεως καθ’ ήν αϊ ελληνικοί άρχαί είπον δήθεν ότι οι Ιταλοί θά έκδιωχθοΰν οσονούπω έξ Αλβανίας. Σημείωσις: Τόσον ή ανωτέρω όσον καί άπασαι αϊ μετέπειτα ανακοινώσεις του Πρακτορείου Αθηνών δέν έδημοσιεύθησαν εις τον ιταλικόν τύπον, αντιθέτως προς τα κρατουντα.

Ответ Иоанна Метаксы как главы Греции, 13 августа 1940 года:
 

Αριθ. 114[/size]
Ο Πρωθυπουργός και Υπουργός των Εξωτερικών προς απάσας τας Β. Πρεσβείας.[/size]
13 Αυγούστου 1940[/size]
Δια του Αθηναϊκού Πρακτορείου διεβιβάσθη χθες απάντησις εις το ανακοινωθέν του Πρακτορείου Στέφανι εν σχέσει προς τον προ διμήνου επισυμβάντα εν Αλβανία φόνον του Αλβανού επικεκηρυγμένου ληστού Νταούτ Χότζα και θεωρούμεν περιττόν να σας τονίσωμεν ότι τα εν τη απαντήσει ταύτη εκτιθέμενα ανταποκρίνονται απολύτως προς τα πραγματικά γεγονότα. Δεν είναι επίσης ανάγκη να προσθέσωμεν ότι αι ελληνικαί αρχαί ουδεμίαν έχουν ανάμιξιν εις τον φόνον του Αλβανού τούτου, όπως τελείως άγνωστοι εις ημάς τυγχάνουν οι φονείς του. Ο φονευθείς, τον οποίον το Πρακτορείον Στέφανι παρουσιάζει ως Αλβανόν πατριώτην, ήτο εγκληματίας κοινού δικαίου διαφυγών εις Αλβανίαν από εικοσαετίας και υπήρχον και υπήρχον εναντίον του καταδικαστικαί αποφάσεις των Κακουργιοδικείων Ιωαννίνων και Πρεβέζης επί φόνω, ληστεία, αποπείρα αναιρέσεως, αρπαγή κ.τ.λ. Ούτε είναι βεβαίως ανάγκη να τονισθή ότι η Κυβέρνησις ουδέ προς στιγμήν ηδύνατο να σκεφθή να εγκρίνη οιανδήποτε ενέργειαν αντιτιθεμένην προς το σημερινόν εν Αλβανία καθεστώς όταν πάσαν κατέβαλε προσπάθειαν όχι μόνον όπως αποφύγη οιανδήποτε προστριβήν μετά της Ιταλίας αλλά και όπως βελτιώση και αναπτύξη τας μετ’ αυτής σχέσεις, ακολουθήσασα άλλωστε και απ’ αρχής του πολέμου πολιτικήν αυστηράς ουδετερότητος. Ακόμη την 7 τρέχοντος ο Πρεσβευτής της Ιταλίας μας εδήλου κατηγορηματικώς, τονίζων ότι δεν εξέφερε προσωπικήν γνώμην άλλ’ ότι ωμίλει την στιγμήν εκείνην ως αντιπρόσωπος του Κράτους του, ότι ουδεμία υπήρχε παρά τη Ιταλία δυσπιστία απέναντι της Ελλάδος γενικώτερον και της Κυβερνήσεώς της ειδικώτερον και ότι αι διαθέσεις τόσον του κ. Μουσσολίνι όσον και του κ. Τσάνο ήσαν απολύτως φιλικαί.[/size]
Διερωτώμεθα ως εκ τούτου εάν η απότομος τοιαύτη μεταστροφή της Ιταλίας δεικνύη πρόθεσιν αμέσου ενεργείας εναντίον ημών ή εάν αποβλέπη εις το να θέση η Ιταλία από τούδε ζήτημα δια την Τσαμουριάν, επιφυλασσομένη να επιδιώξη τον διακανονισμόν του κατά την στιγμήν της ειρήνης. Η στάσις της, εν πάση περιπτώσει, μας καταπλήσσει και προκαλεί την εύλογον δυσπιστίαν μας, δεν συντελεί δε βεβαίως εις την βελτίωσιν των μετ’ αυτής σχέσεων την οποίαν επεδιώξαμεν πάντοτε ειλικρινώς.[/size]
Ο Υφυπουργός κ. Μαυρουδής εκάλεσε σήμερον τον Ιταλόν Πρεσβευτήν και εξέφρασεν εις αυτόν την κατάπληξιν της Β. Κυβερνήσεως δια το ανακοινωθέν του Πρακτορείου Στέφανι και δια την στάσιν του ιταλικού τύπου, παρατηρήσας ότι αποτελεί αύτη χαρακτηριστικήν ένδειξιν της έναντι της Ελλάδος υφισταμένης δυσπιστίας, την οποίαν δεν δύναται η Β. Κυβέρνησις να διαλύση εφ’ όσον, παρά τας ρητάς διαβεβαιώσεις ημών, η Ιταλία θέλει να επιμείνη εις την δυσπιστίαν. Ετόνισε ταυτοχρόνως ότι η τοιαύτη στάσις της Ιταλίας εκινδύνευε να επαναφέρη εις τας ελληνοϊταλικάς σχέσεις την παλαιάν εκείνην ψυχρότητα ήτις, χάρις εις τας εκατέρωθεν ειλικρινείς προσπαθείας, είχεν ευτυχώς διαλυθή, παρεχομένης ούτω βασίμου ελπίδος περαιτέρω βελτιώσεως των σχέσεων. Αφήκε τέλος ο κ. Μαυρουδής να υπονοηθή σαφώς ότι, εις περίπτωσιν επιθέσεως της Ιταλίας, η απόφασις της Β. Κυβερνήσεως όπως αντισταθώμεν παραμένει ακλόνητος.[/size]
Μεταξάς.[/size]

https://www.orp.gr/wordpress/?p=36699

14 августа 1940 года Афинское Информационное Агентство публикует данные об уголовном прошлом Дауда Ходжи:
 

Το ποινικον μητρωον του «εθνικιστη» Νταουτ Χοτζα Αριθ.
115 Άνακοίνωσις του Πρακτορείου Αθηνών.

14 Αυγούστου 1940
Εν σχέσει προς τον προ διμήνου έπισυμβάντα φόνον του ονομαζόμενου Νταούτ Χότζα ύπό δύο Αλβανών επί άλβανικού εδάφους το Ποινικόν Μητρωον του έν λόγω Νταούτ Χότζα παρέχει τάς ακολούθους πληροφορίας: 1) Διά τής υπ αριθ. 36 καί από 9 Οκτωβρίου 1919 αποφάσεως του Κακουργιοδικείου Πρεβέζης ό Χότζα, καθώς καί οι συνένοχοι του Βασίλειος Γκότζια (Χριστιανός), Μάλλιο Οσμάν (Μουσουλμάνος) καί Τάκε Νικομάνη (Χριστιανός) κατεδικάσθησαν ερήμην εις Ισόβια δεσμά διά φονον έκ προμελέτης των Βεχίπ Τσίμο (Μουσουλμάνου) καί Ζεκίρ Ρεχήπ (Μουσουλμάνου). 2) Διά τής ύπ’ αριθ. 14 καί από 14 Νοεμβρίου 1919 αποφάσεως του Κακουργιοδικείου ‘ Ιωαννίνων ό Χότζα κατεδικάσθη ερήμην εις εικοσαετή είρκτήν διότι μετά τίνος συνενόχου απεφάσισε καί έξετέλεσε τον φόνον των Ζεκίρ Ζέκο (Μουσουλμάνου) καί Ραχίπ Χαμπίμπεη (Μουσουλμάνου). 3) Διά τής ϋπ’ αριθ. 30 καί από 14 Ιουνίου 1921 αποφάσεως του Κακουργιοδικείου Πρεβέζης ό Χότζα καί οί συνένοχοι του Τάκε Νικομάνη (Χριστιανός), Κωνσταντίνος Σουλιώτης (Χριστιανός) καί Μάλλιο Μπούσι (Μουσουλμάνος) κατεδικάσθησαν ερήμην εις δεκαεπταετή είρκτήν διά πράξεις ληστρικάς εναντίον των Αχμέτ Χασίμ (Μουσουλμάνου), Μπαλούκ Μεχμέτ (Μουσουλμάνου) καί Ισμαήλ Τσόρτσι (Μουσουλμάνου) δια ζωοκλοπήν καί απόπειραν φόνου εναντίον του Χουσεΐν Γιακούμπ (Μουσουλμάνου) καί Βασιλείου Τσουβάλη (Χριστιανού) καί διά παρά νομόν όπλοφορίαν. 4) Διά τής ύπ’ αριθ. 14 αποφάσεως του Δεκεμβρίου 1921 του Κακουργιοδικείου Πρεβέζης ό Χότζα κατεδικάσθη ερήμην εις τετραετή φυλάκισιν δι* απόπειραν έκβιασμοΰ. 5) Διά τής ύπ’ αριθ. 22 αποφάσεως του 1923 του Κακουργιοδικείου Ιωαννίνων ό Χότζα καθώς καί οι συνένοχοι του Τάκε Πλιάτσικας (Χριστιανός) καί Τάκε Ζόγα (Χριστιανός) κατεδικάσθησαν ερήμην εις δεκαοκταετή είρκτήν δι’ απόπειραν φόνου. (Ό ληστής Ζόγα συλληφθείς ολίγον αργότερα άπεκεφαλίσθη). 6) Διά τής ΰπ’ αριθ. 9 καί από 6 Μαΐου 1925 αποφάσεως του Κακουργιοδικείου ‘ Ιωαννίνων ό Χότζα καθώς καί οί συνένοχοι του Χρίστος Σούλας (Χριστιανός) καί Αναστάσιος Γεωργίου (Χριστιανός) κατεδικάσθησαν ερήμην εις θάνατον δι’ άπαγωγήν, εκβιασμόν καί παράνομον όπλοφορίαν. 7) Διά τής ύπ’ αριθ. 23 καί από 8 Οκτωβρίου 1925 αποφάσεως του Κακουργιοδικείου Ιωαννίνων ό Χότζα καθώς καί ό συνένοχος του Τάκε Νικομάνη (Χριστιανός) κατεδικάσθησαν ερήμην εις θάνατον διά ληστρικάς πράξεις. Έκ των ανωτέρω συνάγεται ότι ό Χότζα ένήργει χωρίς νά κάμη διάκρισιν μεταξύ Χριστιανών καί Μουσουλμάνων οΰτε όταν επρόκειτο νά έκλέξη τους συνενόχους του ΟΥΤΕ όταν επρόκειτο νά έκλέξη τα θύματα του.

https://stratistoria...40-daout-hotza/

Греческий посол в Риме, 2 донесения в Афины от 14 августа 1940 года:

 

Αριθ. 116[/size]
Ο εν Ρώμη Πρεσβευτής προς το Β. Υπουργείον των Εξωτερικών.[/size]
14 Αυγούστου 1940[/size]
Με απασχολεί και εμέ εντατικώς το ερώτημα εάν υφίσταται πρόθεσις αμέσου ενεργείας καθ’ ημών ή μόνον θέσεως του ζητήματος της Τσαμουριάς, δεν υπάρχουν δε μέχρι της στιγμής θετικά στοιχεία επιτρέποντα να αποφανθή τις μετά πεποιθήσεως.[/size]
Εις τους διπλωματικούς κύκλους λαμβάνεται ως δεδομένον ότι η Γερμανία δεν επιθυμεί την διατάραξιν της ειρήνης εις την Βαλκανικήν και ότι η Ιταλία δεν δύναται να αναλάβη μόνη μίαν τοιαύτην πρωτοβουλίαν, συνάγεται δ’ ως εκ τούτου ότι πρόκειται μάλλον περί θέσεως του ζητήματος και περί αποπείρας όπως δια τρομοκρατήσεως αχθώμεν εις παραχωρήσεις κατά το προηγούμενον των Ρουμάνων.[/size]
Θα απετέλει ουχ ήττον σφάλμα να επαναπαυθώμεν επί των συμπερασμάτων αυτών, όσον και αν εμφανίζονται ως πιθανώτερα. Εκ θετικών πληροφοριών προκύπτει ότι το σχέδιον της αποβάσεως εις Αγγλίαν έχει επί του παρόντος τεθή κατά μέρος, δεν γνωρίζομεν δε ποίας τροποποιήσεις η μεταβοή αύτη του πολεμικού προγράμματος θα επιφέρη εις τας μέχρι τούδε γνωστάς αντιλήψεις και κατευθύνσεις της πολιτικής του Άξονος εν γένει και ειδικώτερον ως προς τα Βαλκάνια. Υπάρχει επί πλέον το δεδομένον των ιταλικών συγκεντρώσεων προς την Γιουγκοσλαυΐαν και της ενισχύσεως των ιταλικών εν Αλβανία δυνάμεων. Η κατάστασις εμφανίζεται τόσον αβεβαία και συγκεχυμένη ώστε πρέπει κάθε υπόθεσις να θεωρήται δυνατή. Ενδεικτικόν άλλ’ ουχί αποδεικτικόν θα ήτο το μέτρον της υιοθετήσεως της ιταλικής νοοτροπίας παρά της Γερμανίας. Εάν πάλι πρόκειται περί ιταλικής μόνον πρωτοβουλίας, θα έπαιζε ρόλον η εντύπωσις εκ της αποφάσεως ημών όπως αντισταθώμεν, δι’ ο και υπήρξε προσφυεστάτη η δήλωσις υμών προς τον Ιταλόν Πρεσβευτήν.[/size]
Ι. Πολίτης.[/size]

Αριθ. 117[/size]
Ο εν Ρώμη Πρεσβευτής προς το Β. Υπουργείον των Εξωτερικών.[/size]
14 Αυγούστου 1940[/size]
Από προχθές η Ιταλία απέβαλε το προσωπείον έναντι ημών. Εκ της πρωτοφανούς διαστροφής των πραγματικών γεγονότων και της κακοτέχνου συνθέσεως ενός μωσαϊκού αορίστων, ανυποστάτων και συκοφαντικών αιτιάσεων αποκαλύπτεται ότι η Φασιστική Κυβέρνησις εις ουδεμίαν στιγμήν της προσφάτου ιστορίας των ελληνοϊταλικών σχέσεων υπήρξεν ειλικρινής και ό,τι εις μάτην προσπαθήσασα δια των προσφάτων διαβημάτων της να μας αποδείξη ότι ευρισκόμεθα εις το αντίθετον στρατόπεδον, ανεζήτησε πρόσχημα όπως αναλάβη η ιδία εχθρικήν απέναντι ημών στάσιν. Αι ιταλικαί εφημερίδες προχωρούν μέχρι της αποκαλύψεως της αξιώσεως περί αμέσου αποδόσεως εδαφικών δικαίων εις την Αλβανίαν. Ούτω η Ιταλία ζητεί αναφανδόν τον ακρωτηριασμόν της Ελλάδος και δη επειγόντως. Όλα τα μέχρι τούδε γνωστά αποτελούν προοίμιον του κεφαλαίου τούτου.[/size]
Ι. Πολίτης.[/size]

Донесение греческого генконсула в Тиране от 14 августа 1940 года в Афины о безразличии албанского общественного мнения к "делу Дауд Ходжи":
 

Αριθ. 118[/size]
Ο εν Τιράνοις Γενικός Πρόξενος προς το Β. Υπουργείον των Εξωτερικών.[/size]
14 Αυγούστου 1940[/size]
Οι Αλβανοί, οι οποίοι γνωρίζουν το ποιόν του Νταούτ Χότζα, παρακολουθούν μετά χαρακτηριστικής απαθείας την δια του τύπου και του ραδιοφώνου ιταλικήν ανθελληνικήν εκστρατείαν έστω και με απολυτρωτικόν αλβανικόν ένδυμα εμφανιζομένην. Και τούτο διότι εχθρεύονται τους Ιταλούς, οίτινες εξ ίσου δεν φειδωλεύονται τας εις βάρος των Αλβανών λοιδωρίας.[/size]
Αργυρόπουλος.[/size]

Греческий вице-консул в Аргирокастре 16 августа 1940 года сообщал в Грецию по поводу того, кем был Дауд Ходжа:
 

Αριθ. 119[/size]
Ο εν Αργυροκάστρω Υποπρόξενος προς το Β. Υπουργείον των Εξωτερικών.[/size]
16 Αυγούστου 1940[/size]
Ο φονευθείς ληστής υπηρέτει από πολλών ετών ως ιδιωτικός αγροφύλαξ εις κτήματα κείμενα εις την θέσιν Σαρώνια της περιφερείας Βούρκου. Συχνότατα εφιλονίκει μετά των ποιμένων και των κτηνοτρόφων και συχνότατα ήρχετο μετ’ αυτών εις ρήξεις και διαπληκτισμούς. Λέγεται ότι και ο φόνος του εξετελέσθη κατόπιν λογομαχίας μετά ποιμένων. Προ ετών ο Νταούτ Χότζα είχε φυλακισθή δια κλοπάς.[/size]
Νικολαρεΐζης.[/size]

https://www.orp.gr/wordpress/?p=36699

Википедия об этом деле:

https://el.wikipedia...ύτ_Χότζα_(1940)

Два чобана, убивших Дауд Ходжу (тот, хотя и был формально простым "лесником", имел личного охранника!) тяпками, бежали в Грецию, на остров Керкира, где сдались в руки греческих властей и признались в преступлении. Их задержали, и по требованию подконтрольного итальянцам "албанского" Министерства Юстиции, выдали "Албании".

Согласно полученным американцами данным, Дауд Ходжа был убит самими итальянцами с целью вызвать антигреческую реакцию и рост сепаратизма среди чамов (United States National Archives, 875.01/11 – 244, епископ Фон Ноли, 31-10/1944[/size])

Также поводом итальянской интервенции послужили различные пограничные инциденты на греко-албанской границе, о которых, впрочем, греческая сторона постоянно декларировала своё полное неведение:


 

«Στημένα» μεθοριακά επεισόδια λίγο πριν την ιταλική επίθεση
Δεν ήταν όμως μόνο η δολοφονία του Νταούτ Χότζα που εργαλειοποιήθηκε από τους Ιταλούς ως αφορμή για την επίθεση τους στην Ελλάδα, αλλά και μια σειρά από, δήθεν, μεθοριακά επεισόδια, τα οποία η Ελλάδα μάλλον αγνοούσε, αλλά βρέθηκε στη δύσκολη θέση να απαντά συνεχώς για κάτι με το οποίο δεν είχε καμία σχέση…[/size]

Τα επεισόδια αυτά κορυφώθηκαν πριν την 28η Οκτωβρίου. Έχουμε στη διάθεσή μας το περιεχόμενο των δημοσιευμάτων του ιταλικού Πρακτορείου «Stefani» και των απαντήσεων που δίνονταν από το Αθηναϊκό Πρακτορείο Ειδήσεων. Θα το μεταφέρουμε εδώ περιληπτικά.[/size]

Στις 26/10/1940, το «Stefani» μετέδωσε ότι ένοπλη ελληνική συμμορία επιτέθηκε σε αλβανικό φυλάκιο κοντά στην Κορυτσά νότια της διάβασης Καπετίτσα. Επακολούθησε συμπλοκή, σύμφωνα με το «Stefani», στην οποία ενεπλάκησαν και άλλες αλβανικές δυνάμεις που απέτρεψαν την ελληνική «εισβολή». Έξι Έλληνες συνελήφθησαν ( , ενώ δύο Αλβανοί στρατιώτες σκοτώθηκαν και άλλοι τρεις τραυματίστηκαν. Νέο τηλεγράφημα του «Stefani» την ίδια μέρα ανέφερε ότι εξερράγησαν τρεις βόμβες κοντά στο γραφείο του λιμενάρχη του Πόρτο Έντα (Αγίων Σαράντα) και υπήρχαν δύο ελαφρά τραυματισμένοι. Το «Stefani» προσέθετε ότι καταζητούνται οι Έλληνες ή Βρετανοί πράκτορες που έκαναν την επίθεση. Να σημειώσουμε ότι στα χρόνια της ιταλικής κατοχής οι Άγιοι Σαράντα είχαν ονομαστεί (Πόρτο) Έντα, από το όνομα της μεγαλύτερης κόρης του Μουσολίνι![/size]

Το Αθηναϊκό Πρακτορείο Ειδήσεων με τηλεγράφημά του, το οποίο στάλθηκε σε όλα τα πρακτορεία ειδήσεων του εξωτερικού, ανέφερε ότι είναι αδύνατο να μπήκε σε αλβανικό έδαφος ελληνική συμμορία, «δεδομένου ότι αι ελληνικαί στρατιωτικαί και πολιτικαί Αρχαί εξασφαλίζουν αδιατάρακτον την τάξιν» και γενικότερα, ότι η ελληνική κυβέρνηση έχει πλήρη άγνοια για το συμβάν στην Κορυτσά. Επίσης, ανέφερε σε άλλο τηλεγράφημα, ότι οποιαδήποτε κατηγορία σε βάρος της Ελλάδας για τοποθέτηση βόμβας στο λιμάνι των Αγίων Σαράντα είναι αστήρικτη και παιδαριώδης. Η Ελλάδα, συνέχιζε το ΑΠΕ, αγνοεί παντελώς τι έγινε στους Αγίους Σαράντα και σίγουρα, δεν σχετίζεται με αυτό.[/size]

Θέλοντας, προφανώς, να μην αφήσει καμία σκιά η ελληνική κυβέρνηση ζήτησε πληροφορίες από τα παραμεθόρια φυλάκια κοντά στην Κορυτσά για το αν έγινε αντιληπτό κάποιο επεισόδιο με πυροβολισμούς. Σύμφωνα με τη σχετική ενημέρωση στις 2 π.μ. του Σαββάτου 26/10/1940 ακούστηκαν πυροβολισμοί από το αλβανικό έδαφος από την περιοχή της Βιγλίτσας. Σύμφωνα με το τηλεγράφημα του το ΑΠΕ που έδινε περισσότερες λεπτομέρειες: οι πυροβολισμοί ακούστηκαν από το χωριό Βέρμικ της Αλβανίας που απέχει 5 χλμ. από τη Βιγλίτσα και 4 χλμ. από τα ελληνοαλβανικά σύνορα. Ο επικεφαλής αξιωματικός του ελληνικού φυλακίου που βρισκόταν απέναντι από την περιοχή όπου ακούστηκαν πυροβολισμοί, ενημέρωσε τον Ιταλό αξιωματικό του γειτονικού αλβανικού φυλακίου αλλά δεν έλαβε απάντηση. Με νέο τηλεγράφημά του το ΑΠΕ, στην 1.15 μ.μ. της 27/10/1940 ανέφερε ότι η συνάντηση των δύο αξιωματικών των φυλακίων θα γινόταν στις 16.00 της ίδιας μέρας.[/size]

Όμως το «Stefani» σε νέο τηλεγράφημά του ανέφερε νέο επεισόδιο σε ακρωτήριο κοντά στους Αγίους Σαράντα! Σύμφωνα με αυτό εξερράγη βόμβα κοντά στον σηματογράφο (κατακόρυφος ιστός για τη μετάδοση με σήματα διαφόρων μηνυμάτων) του ακρωτηρίου Οίτυλο (δεν βρήκαμε να υπάρχει, ούτε στην αρχαιότητα άλλο Οίτυλο, εκτός από αυτό της Μάνης και την αρχαία πόλη Οίτυλον της Λακωνίας). Από την έκρηξη δεν υπήρξαν θύματα παρά μόνο υλικές ζημιές. Το «Stefani» ανέφερε πάντως ότι κοντά στον τόπο της έκρηξης «εθεάθη ύποπτος λέμβος».[/size]

https://www.protothe...oktovriou-1940/

Греческое королевство во Второй Мировой войне

 

Что касается внешней политики, правительство Метаксы избрало политику нейтралитета и соблюдения баланса между Англией и Германией. Когда в апреле 1939 года Италия захватила Албанию, правительство Метаксы, зная, что Италия имеет намерение захватить Керкиру, попросило и получило английские и французские гарантии помощи, декларируя решимость защищаться с оружием в руках против итальянского нападения.

 

10 июня 1940 года Италия вступила в войну против Союзников по Антигитлеровской коалиции. Несмотря на неоднократные заявления диктатор Муссолини, что Италия будет уважать, она начала серию вызовов, нарушая греческое воздушное пространство, и бомбардируя греческие корабли. Одновременно, обычное преступление на общей греко-албанской границе политизируется итальянской прессой, которая переходит к вульгарной пропаганде и начинает антигреческую кампанию.

 

15 августа 1940 года, в пращдник Успения Богородицы, находящаяся под водой итальянская подводная лодка торпедирует эсминец «Элли», который пребывал в порту Теноса, принимая участие в официальном отмечании данного религиозного праздника. Корабль затонул, а из его состава погиб один младший офицер, и были ранены 29 человек. И в то время, как с 18 августа 1940 года общей уверенностью греческого народа было то, что эта подводная лодка была итальянской, греческое правительство, преследуя цель оставаться вне войны как можно дольше , не раскрыло тогда национальную принадлежность совершившей нападение подводной лодки.

 

15 октября 1940 года в Палаццо Венеция в Риме фашистский итальянский военный совет определил дату и способ произведения нападения против Греции. В 3:00 на рассвете 28 октября 1940 года, понедельник, итальянский посол в Афинах, Эммануэле Граччи, передал ультиматум И. Метаксе, которым итальянское правительство просило до 6:00 разрешить итальянской армии вступить в Грецию, и занять стратегические пункты. Метакса, выражая в тот момент желание всего греческого народа, отринул циничное итальянское требование словами: «Итак, между нами война». И в самом деле, с 5:30 утра итальянские войска напали на греческую армию, которая упорно сопротивлялась, с редким единодушием, с верой, решительностью и оптимизмом на греко-албанской границе.

 

Итало-греческая война

 

Первая фаза. 28 октября – 13 ноября 1940 года:

 

Греческие силы борятся с итальянскими интервентами, обороняя родную землю. Итальянские дивизии, несмотря на их поддержку танками и самолётами, были остановлены в КалпАки Эпира и на Пиндских горах. Блиц-криг итальянского командующего вторжением Праски провалился. Вся мировая пресса и раддио восхваляют решение греческого народа оказать сопротивление вооружённому до зубов и вероломному интервенту. Война Греции была началом конца надежд, которые диктатуры возложили на молниеносную войну, и ознаменовала начало неудач, которые привели их к окончательному разгрому.

 

Вторая фаза. 14 ноября – 28 декабря 1940 года:

 

Греческая армия, усиленная новыми частями, производит большое контрнаступление против итальянцев. Освобождает Корицу, Мосхополь, Айи-Саранда, Аргирокастр, Дельвино. В конце декабря 1940 года весь Северный Эпир был освобождён, и отошёл к греческой армии укреплённый регион Клисуры. В тот же период греческие ВВС, несмотря на тотальный перевес итальянцев, имели важные успехи, поддерживая греческую армию и бомбардируя важные военные цели в Авлоне, Дуррёсе и Тиране. Но и ВМФ, достойные греческих морских лавров, вносит решающий вклад в победу, при помощи подводных лодок «Папаниколис», «Кацонис», «Протевс», «Тритон».

 

Третья фаза. 29 декабря 1940 – 5 апреля 1941 года:

 

Тяжёлая зима и сложности обеспечения замедлили наступление греческой армии, которая сумела обездвижить в Албании 27 итальянских дивизий.

 

9 марта 1941 года итальянцы разразились своим большим весенним наступлением силами 12 дивизий, 400 орудий и 400 самолётов, за которым лично наблюдал Муссолини. Их потери были тяжелейшими. Италия окончательно потерпела поражение, и Греция открыла всему миру, что непобедимость сил Оси – это миф, поднимая дух свободных людей, и давая сигнал к сопротивлению и к наступлению на врага.

 

Операция «Марита». 5 – 30 апреля 1941 года.

 

На рассвете 6 апреля 1941 года, в 5:15 утра, обвинив Грецию в предоставлении услуг Англии, немецкие войска без причин нарушили границы Греции со стороны Болгарии, и, одновременно с этим, они осуществили нападение на Югославию. Греческие защитники в укреплениях на греко-болгарской границе (в Рупеле), после жестокого сопротивления, уступили немцам, которые продолжили наступление и, после того как сломили сопротивление югославской обороны, захватили город Салоники. 18 апреля 1941 года греческий премьер-министр Александр Коризис, не снеся бремени именования «премьер-министром поражения», покончил с собой.

 

20 апреля 1941 года, в то время как бои ещё продолжались, командующий Армией Западной Македонии, генерал Георгий Цолакоглу, без одобрения правительства и военного руководства подписал с немцами капитуляцию греческой армии Эпира и Западной Маукдонии. Бои греков продолжились, получив помощь от британских и новозеландских войск. 22 апреля 1941 года в Фермопилах была написана последняя страница боевых операций в Материковой Греции. 27 апреля 1941 года Вермахт вступил в Афины.

 

Операция «Меркурий». 20 – 30 мая 1941 года.

 

Греческое правительство, с премьер-министром Эммануилом Цудеросом, а также король Греции Георгий II, покинули страну. Однако сопротивление на Крите, которое продолжилось до конца мая 1941 года, и гибель элитных немецких войск вынудила Гитлера отложить на, как выяснилось в дальнейшем, оказавшийся жизненно важным для него срок нападение на СССР.